Ходорковский впервые за год встретился с Лебедевым
В среду состоялось <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/conflict/article144935">долгожданное воссоединение </A>Платона Лебедева и Михаила Ходорковского на общей скамье подсудимых. Они сидели в зале Мещанского суда и тихо переговаривались. Слушания по существу так и не начались: суд за весь день успел только рассмотреть ходатайства об освобождении из-под стражи Платона Лебедева и Михаила Ходорковского. И оба отклонил. <BR><BR>К существу дела суд в среду так и не приступил. Адвокату Ходорковского Генриху Падве, как выяснилось, накануне сделали операцию на глазу, и он находился на больничном. Дело без него решили не слушать, однако рассмотрели несколько ходатайств защиты.<BR><BR>Платон Лебедев подал очередное ходатайство о своем освобождении из-под стражи. Причем с прежней мотивировкой: по словам адвоката Елены Липцер, после последнего продления сроков содержания под стражей вопрос о мере пресечения не обсуждался в открытом судебном заседании, и это является нарушением международного и российского законодательства. Прокурор же Дмитрий Шохин, как и прежде, настаивал, что, поскольку дело уже дошло до суда, Лебедев может скрыться или оказать давление на свидетелей. Свое утверждение гособвинитель аргументировал наличием у Лебедева нескольких загранпаспортов и обширных связей. Кроме того, в материалах дела значилось, что несколько подельников Лебедева и Ходорковского ныне находятся в бегах.<BR><BR>После перерыва должен был выступать сам Платон Лебедев. Вместе с Михаилом Ходорковским он сидел в тесной клетке. Лебедев был одет в традиционный спортивный костюм, а Ходорковский сменил толстовку на коричневую куртку и светлый пуловер. Они время от времени тихо переговаривались, Лебедев прихлебывал из пластиковой двухлитровки кефир, а Ходорковский часто смотрел в пол или листал томик УПК. За специальным столом и рядом, на зрительских местах, сидели адвокаты. Вместе с командой канадцев, которые формально в процессе не участвуют, их было 15 человек. <BR><BR>Рядом - отец и мать Ходорковкого, а также брат Платона Лебедева Виктор. Марина Филипповна Ходорковская призналась корреспонденту "Известий", что пыталась поговорить с сыном, но 8 спецназовцев, охраняющих клетку, так и не дали ей это сделать.<BR><BR>- Господин государственный обвинитель провел здесь занятие по юриспруденции, - начал Платон Лебедев, - но мне бы хотелось сделать несколько замечаний.<BR><BR>Судья Ирина Колесникова два раза просила Лебедева говорить медленнее, чтобы секретарь успевала записывать. Он говорил около получаса. По словам Лебедева, доводы прокурора основывались на предположениях, а они доказательствами служить не могут. Лебедев говорил о том, что у него хронические заболевания, которые требуют лечения. Но врачи "Матросской Тишины" никаких процедур не проводят, а осмотр, после которого он был признан здоровым, проводился за пять минут с использованием только стетоскопа. Во время всего выступления прокурор и судьи старались не смотреть на него, блуждая взглядом по стенам и потолку. Лебедев же, вцепившись в решетку, смотрел на Дмитрия Шохина и обращал слова преимущественно к нему.<BR><BR>- Для любого нормального человека поводом оставить меня на свободе могут являться четверо моих детей и трое внуков, - продолжал Платон Лебедев, - вчера последнему исполнился ровно год. Стараниями Генпрокуратуры я его почти не видел. Я не могу принимать участие в воспитании детей и их защите. Конечно, что говорить, если у нас обыскивают детские интернаты. Это не страшно. Страшно, когда машину с детьми останавливают и досматривают, пугая малышей. Находясь за решеткой, я не могу найти и разобраться с этими подонками. Для этого мне нужно оказаться на свободе.<BR><BR>Закончив речь, Платон Лебедев сел.Суд удалился на совещание и через два часа вынес решение: Лебедев остается под стражей. Настала очередь Михаила Ходорковского. Его адвокат Карина Москаленко также ходатайствовала изменить ему меру пресечения - с ареста тюремного на арест домашний.<BR><BR>- В моем понимании содержание человека под стражей до суда возможно только в том случае, если доказано, что он совершает или может совершить дополнительное правонарушение по сравнению с тем, что предъявлено в обвинительном заключении, - заявил суду Михаил Ходорковский. - В отношении меня ничего такого доказано не было. Мое дело создает прецедент для всего правосудия - это приводит к содержанию под стражей до суда сотен людей. Из тех пяти миллиардов долларов, которые были <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/economic/article148755">арестованы в Швейцарии</A>, моих денег обнаружено не было. Это деньги юридических лиц, и сегодня очевидно, что я сказал правду. И это является примером того, что к утверждениям обвинения нужно относиться осторожно.<BR><BR>Суд, однако, оставил Михаила Ходорковского под стражей. Следующее заседание состоится 23 июня. <BR><BR><B class=t11>Инвесторы не верят в "ЮКОС" </B><BR><BR>"ЮКОС" валится. В среду акции компании подешевели на 3,88%, днем ранее - на восемь процентов. По мнению аналитика "БрокерКредитСервиса" Александра Корнилова, рынок негативно воспринял начавшееся сегодня в Мещанском суде рассмотрение объединенного дела в отношении Ходорковского, Лебедева и Крайнова. Не забывают инвесторы и об уже имеющемся с прошлой недели негативе по поводу намерения компании осуществить допэмиссию для удовлетворения налоговых претензий. Хороших новостей от компании уже не ждут, рынок сориентирован на плохие, инвесторы заранее закладывают их в цены. Вряд ли исправит положение и вчерашнее заявление главного акционера "ЮКОСа" - группы "МЕНАТЕП" о готовности предоставить гарантии российскому правительству по погашению налоговой задолженности нефтяной компании (долг "ЮКОСа" составляет более 99 млрд рублей).<BR><BR>Аналитики говорят, что на снижение котировок нефтяного гиганта повлияли и слухи о начале продаж недавно освобожденного из-под ареста в Швейцарии десятипроцентного пакета акций "ЮКОСа", принадлежащего фонду Veteran Petroleum Trust. Слухи могут иметь под собой основание, но объемы продаж бумаг "ЮКОСа" на российских биржах пока невелики, поэтому и падение не слишком значительно. За два дня оборот по ним составил значительно меньше $100 млн, а 10% "ЮКОСа" из "ветеранского" фонда сегодня стоит $1,6 млрд.