Правда о пожаре на улице Правды
"Известия" продолжают собственное расследование обстоятельств пожара в издательстве "Пресса" (начало см. в предыдущем номере). Ущерб от пожара мог быть значительно меньшим, если бы пожарные приступили к тушению сразу после появления информации о возгорании. Как выяснили "Известия", первый сигнал о возгорании поступил на пульт расположенной неподалеку пожарной части ПЧ-84 в 10:22. Но машины по этому сигналу не выехали. К зданию "Прессы" отправились несколько пожарных, и только после того как они убедились, что там действительно пожар, к зданию были отправлены наряды. Это произошло в 10:42 - двадцать драгоценных минут было потеряно. Еще полтора часа потребовалось на то, чтобы обеспечить необходимый напор воды.<BR><BR><STRONG>Убедиться своими глазами</STRONG><BR><BR>Система оповещения о пожаре в многоэтажных зданиях, населенных различными арендаторами, - отдельная наука. С одной стороны, надо обеспечить эффективное тушение, с другой - не гнать пожарные расчеты из-за дыма в каждой урне. Во многих подобных зданиях имеются собственные небольшие пожарные подразделения, иногда даже и 2-3 машины. Именно на собственный пульт, как правило, поступает первый сигнал о пожаре, а затем "свои" пожарные уже решают, сами ли справятся или вызывать подмогу по "01".<BR><BR><A style="COLOR: blue" href="http://iz.ru/incident/article3072902" target="_blank">В издательстве "Пресса"</A>, как выяснили "Известия", внутреннего пожарного подразделения не существует. Порядок действий таков. Противопожарные датчики реагируют на задымление. Ответственный определяет серьезность возгорания и ставит в известность пожарную часть, к которой "прикреплен" объект. В случае с "Прессой" это расположенная в районе Ямского Поля пожарная часть ПЧ-84.<BR><BR>- У нас было прямое подключение сигнала на пульт пожарной части, - сказал "Известиям" гендиректор ФГУП "Пресса" Евгений Мячин, - поэтому сигнал сразу пришел к пожарным.<BR><BR>Как выяснили "Известия" во ФГУП "Пресса", время поступления сигнала в ПЧ-84 - 10:22. Почему же, по официальным данным МЧС, сигнал о пожаре поступил только в 10:42?<BR><BR>- Если быть точным, то сигнал к нам поступил в 10 часов 42 минуты 48 секунд, - рассказал "Известиям" заместитель начальника службы пожаротушения Москвы Сергей Воробьев. - Позвонил с мобильного телефона сотрудник ПЧ-84. Более ранних звонков не зафиксировано.<BR><BR>Между тем многие сотрудники "Комсомольской правды" утверждают, что они звонили в "01" в половине одиннадцатого, когда вовсю шла эвакуация из начавшего гореть здания. Ну да ладно, возможно, от волнения они не запомнили время. Но как получился <A style="COLOR: blue" href="http://iz.ru/investigation/article3077165" target="_blank">20-минутный документально подтвержденный разрыв</A> между сигналом в близлежащую пожарную часть и сигналом на пульт дежурного по городу?<BR><BR>Как выяснили "Известия", получив сигнал о возгорании, из пожарной части ПЧ-84 в "Прессу" прибыли несколько пожарных с "легким оборудованием". 20 минут им потребовалось на то, чтобы добраться до места, убедиться, что собственными силами никак не справиться, и, возможно, согласовать свои действия с вышестоящим руководством. Лишь после этого позвонили по телефону "01". В итоге пожар, начавшийся фактически в 10:10 и подтвержденный в 10:22, тушить начали только в 10:53. 43 минуты огонь творил что хотел.<BR><BR>Первыми на место пожара приехали расчеты городской пожарной части ПЧ-27, которая находится на Скаковой улице, - это была автоцистерна с водой на базе зиловского "бычка". Цистерна - не тот объем, который требовался для тушения. Но тут пожарные столкнулись с неожиданными трудностями. <BR><BR>- Оказалось, что напора воды не хватает для того, чтобы обеспечить ее подачу на высоту примерно 30 метров, - говорит Сергей Воробьев. - Дело в том, что это район напряженного водоснабжения. В это время наблюдалось пиковое потребление воды, и вместо необходимых 10 атмосфер обеспечивалось только полторы. Больше часа потребовалось на то, чтобы отключить тех потребителей, которые могли несколько часов обойтись без воды. Это сделали с помощью приехавшей аварийной бригады Мосводоканала. Давление поднялось до 2,5 атмосферы. Этого хватило для того, чтобы "загнать" ее наверх, но для эффективного тушения все равно маловат напор. Тогда пригнали специальную машину с мощным насосом - и она создала необходимое давление, чтобы вода поступала на верхние этажи в достаточном для тушения объеме.<BR><BR>Была еще одна причина, по которой тушение пожара началось не сразу. <BR><BR>- У нас существует неукоснительное правило: сначала все силы кидаем на спасение людей, потом уже занимаемся собственно тушением, - сказал Сергей Воробьев. - Когда пожарные приехали, мы увидели на балконе столовой людей, нуждающихся в спасении, - 8 человек. К ним рванулись две группы - одна сквозь огонь вверх по лестницам, другая - с помощью телескопических подъемников. <BR><BR>Напомним, как писали "Известия", подъемник нужной высоты появился не сразу. Нужный, как пояснили пожарные в тот роковой день, задержался в пробках. Но за эту задержку, вызванную необходимостью спасать людей, упрекнуть пожарных ни у кого из пострадавших не повернется язык.<BR><BR>Но кто ответит за 20-минутную волокиту с принятием очевидного решения? И если возникнут материальные иски к виновным в пожаре, окажутся ли среди ответчиков те, чье бездействие усугубило ущерб от огня? На эти вопросы следствие не дает ответа. Возможно, пока не дает.<BR><BR><STRONG>"Унесли даже корабельный колокол"</STRONG><BR><BR>Помимо дела о пожаре правоохранительные органы, возможно, начнут расследование еще одного уголовного дела, имеющего непосредственное отношение к этому происшествию. <BR><BR>- Мы буквально за руку поймали двоих человек, - которые выносили из здания "Прессы" редакционные вещи, - рассказал "Известиям" сотрудник одной из пострадавших при пожаре редакций. - Они несли два телевизора, компьютер и монитор. Это было на прошлой неделе. Мы выяснили, что они сотрудники одного из частных охранных предприятий, привлеченных для охраны уцелевшего на пожаре имущества. Мы сдали их милиции и будем добиваться возбуждения уголовного дела.<BR><BR>По словам потерпевших сотрудников, мародерство на обгоревших руинах приняло массовый характер. <BR><BR>- У меня из кабинета исчез дорогой монитор, - рассказал "Известиям" Олег Кузин, главный редактор газеты "Трибуна", которая располагалась непосредственно под горящим 6-м этажом. - Ну это понятно - дорогая вещь. Исчез дорогой коньяк, который я держал для презентаций, - это тоже понятно. Но с прежнего места работы я привез в новую редакцию рынду - корабельный колокол, по его удару все собирались на заседания редколлегии. И ее утащили! Как не лень было!<BR><BR>О пропажах корреспонденту "Известий" рассказывали многие сотрудники пострадавших изданий - компьютеры, мониторы, диктофоны, мобильные телефоны, деньги. Однако доказать пропажу вещей крайне сложно, если только не поймать воров за руку.<BR><BR><B>P.S. </B>Пожар создал еще одну проблему - что будет со зданием "Прессы". Как выяснили "Известия", 70 процентов здания находится в собственности ФГУП "Пресса", остальные 30 - в собственности ОАО "Производственное объединение "Пресса-1".<BR><BR>В прошлом номере мы писали, что крупной долей в сгоревшем здании владеет Промсвязьбанк. Нас поправили. Оказалось, что юридически Промсвязьбанку здание не принадлежит. Но и говорить, что банк не имеет к нему абсолютно никакого отношения, тоже было бы преувеличением. Дело в том, что и у "Прессы-1", и Промсвязьбанка - один хозяин. <BR><BR>По мнению председателя совета директоров "Прессы-1" Марины Переверзевой, необходимо реконструировать сгоревшее здание, поскольку это исторический памятник. В Управлении делами президента считают, что реконструкция практически невозможна - здание нужно строить заново. <BR><BR>Вопрос только с виду находится в архитектурной плоскости. Дело в том, в новом здании для "Прессы-1" может не оказаться места, сказали "Известиям" источники, близкие к администрации президента. А если и окажется, то по гораздо более высокой цене. Именно финансовые интересы стали причиной жаркого спора о судьбе сгоревшего здания.