«Понедельник начинается в субботу» — так когда-то братья Стругацкие назвали свой культовый роман. Один из смыслов этого выражения — будущее начинается уже вчера. Но в эпоху высоких технологий и научных прорывов понедельник должен начинаться минимум пару суббот назад, а то и раньше.
Именно такое ментальное послевкусие вынесла из сессии по антифроду на очередном форуме Ассоциации банков России, который прошел на неделе в Санкт-Петербурге. Мероприятие, надо сказать, выдалось вполне информативным и дискуссионным. Но не оставляло ощущение, что выступления спикеров больше напоминают отчет о проделанной работе (по их мнению, весьма продуктивной), а не о системном подходе к борьбе (в том числе на перспективу) с цифровыми преступлениями.
Объясню, почему сложилось такое мнение. На первом этапе, который длился достаточно долго, мы не просто дали аферистам фору, но и позволили начинающему чудовищу вырасти в полноценное зло. И даже сейчас оставляем ему пространство быть трендмейкером, а себе отводим роль догоняющего. На сессии, кстати, прозвучало важное замечание: все обсуждения инициатив, направленных против мошенников, эти самые мошенники и используют, заранее подготавливая обходные пути. Поэтому, полагаю, уместно строить стратегию на опережение, памятуя, что лучшая защита — это нападение.
Наиболее интересным в связи с этим мне показались незаезженные данные о дипфейк-мошенничестве, которые привела Наталья Касперская. Если верить информации «из каждого утюга», этот вид преступлений в цифровой сфере уже приобрел размер катастрофы. Оказалось, всё не совсем так. Совокупный ущерб в России в 2025 году составил 2,2 млрд рублей (оценка Сбербанка), а в мире — $3,7 млрд. Цифры пока действительно далеки от катастрофы, но они свидетельствуют, что дипфейк-мошенничество перестает быть экзотикой и мифической угрозой.
К тому же в высокотехнологическом мире всё меняется молниеносно. Тем более то, к чему подходит приставка «кибер». Рынок дипфейк-мошенничества в 2025-м вырос в 2,3 раза в годовом выражении. Или еще информация к размышлению: примерно 10% мошеннического трафика в сети одного из операторов (Касперская сослалась на данные на апрель 2026-го) — звонки с синтезированным или клонированным голосом. Каждый десятый подозрительный звонок!
Темпы распространения этого вида с учетом развития ИИ будут только ускоряться. Как ни странно, этому также способствуют, как я уже отмечала, и антифрод-меры, и уровень коллективного иммунитета к действиям аферистов. Достаточно высокая доля граждан приучилась к бдительности, выучив как «Отче наш», что не надо говорить с незнакомцами, сообщать коды из СМС и переводить деньги на спецсчета. Но чем лучше люди распознают такие уловки, тем активнее мошенники совершенствуют свои инструменты.
В случае с дипфейками они не просто называют себя сотрудником правоохранительных органов и не используют маску Гая Фокса или Анонима из известного фильма, а показывают лицо и голос вашего близкого, начальника или старого знакомого. Уровень доверия здесь совершенно иной. И вот результат: с начала года уже примерно 4000 пострадавших от дипфейк-аватаров. Поэтому, как подчеркнула Касперская, с этим нужно что-то делать уже сейчас — прежде всего на уровне технологий. Соглашусь, но дополню. Не сегодня, а пару «суббот» назад. И не только с точки зрения технологий — в приоритете также и социальная адаптация людей.
Совсем недавно дипфейк ассоциировался с чем-то из области голливудских спецэффектов. Сделать его могли единицы, стоило это дорого, а результат часто выдавал себя несовершенством в воспроизводстве. Сейчас ситуация принципиально другая. В открытом доступе находится более 50 тыс. ресурсов для создания фальшивок. Уровень нейросети опустил порог для входа настолько, что создать подделку может если не новичок, то продвинутый пользователь точно. Чего тут говорить о мошенниках, которые готовы вкладывать средства в качество фейка.
Поэтому встает вопрос защиты себя от злоумышленников, прикрывающихся образом и голосом близких нам людей. В первую очередь речь идет о моральной готовности. Всегда имеет смысл пристальней присмотреться к собеседнику, если он просит перевести ему деньги. Сейчас много и охотно рассказывают, как технически распознать дипфейк. Посмотрите, поворачивается ли голова собеседника. Попросите его повернуть лицо в профиль. Проверьте, совпадают ли губы с речью, нет ли странных теней, задержек, неестественных морганий. Советы сами по себе неплохие — и на сегодняшний день они действительно работают.
Но проблема в том, что эти маркеры подделки существуют ровно до тех пор, пока технология их не устранит. Каждый новый релиз генеративных моделей делает синтетическое видео более плавным, естественным, бесшовным. Это и есть главная ловушка текущего момента. Пока мы учимся замечать артефакты, технологии учатся их не создавать.
Если техническая идентификация обречена на отставание, значит, ставку нужно делать не на распознавание подделки, а, выражаясь по-умному, на построение протоколов, которые делают саму атаку неэффективной. Например, универсальный бытовой метод антифрода, который горячо советую с тех времен, когда мошенничество с использованием социальной инженерии находилось в зачаточном состоянии. И с дипфейками он должен, на мой взгляд, работать идеально.
С любым человеком из близкого круга есть общее воспоминание, о котором знаете только вы двое. И просто нужно попросить собеседника без расшаркиваний и чувства неловкости рассказать о нем. Кстати, можно даже заранее договориться на всякий случай о том, что будете вспоминать в такой момент. Главное — не прибегать к мемуарам, которые вы публиковали в соцсетях или как-то иначе озвучивали на широкую публику. Да и правило независимого канала никто не отменял. Никогда не нужно спешить в денежных вопросах. Всегда можно сбросить, скажем, видеозвонок в мессенджере и перезвонить по номеру телефона.
Ну и, да простит меня Андрей Малахов, берегите себя и своих близких.
Автор — экономический обозреватель
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
