Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Председатели Верховных судов РФ и Казахстана подписали программу сотрудничества
Мир
В МИД РФ назвали безусловно полезной трехстороннюю встречу на саммите АТЭС
Мир
Лавров заявил об открытом переходе Запада к пиратским практикам колониализма
Армия
Силы ПВО сбили девять ракет «Фламинго» и свыше 2,2 тыс. беспилотников ВСУ
Общество
Песков заявил об отсутствии сомнений в восстановлении Крымского моста
Армия
Российские военнослужащие нанесли удары по военным аэродромам Украины
Мир
В МИД РФ назвали надуманными причины отказа Зеленского от поездки в Москву
Мир
Рябков сообщил об отсутствии понимания параметров переговоров по Украине
Общество
ФСБ задержала четырех агентов украинских спецслужб по делу о подготовке терактов
Общество
Правкомиссия рассмотрит вопросы восстановления Крымского моста
Армия
Российские бойцы поразили производящий комплектующие для БПЛА завод в Киеве
Армия
Армия России поразила Южный и Северный мосты в Киеве
Мир
Спецпосланник ЕС по санкциям против России объявил об уходе с поста
Мир
В Китае назвали шутку Мединского о европейцах позором для Евросоюза
Мир
Песков указал на немирный характер позиции Европы в переговорах по Украине
Армия
Пушилин заявил об освобождении от ВСУ 90% территории ДНР
Армия
Минобороны России получило новую партию истребителей Су-34
Общество
Уголовное дело о теракте возбудили после атак ВСУ на Крымский мост
Главный слайд
Начало статьи
EN
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Каждый сентябрь Нью-Йорк на несколько дней становится городом высокой дипломатии. Вокруг штаб-квартиры ООН вырастают кордоны, черные автомобили с дипномерами выстраиваются вдоль Первой авеню, перекрываются улицы, выходят протестующие с плакатами. Этот год не стал исключением. 22 сентября в городе вновь собираются мировые лидеры и их представители. Для обывателя заседания Генеральной Ассамблеи ООН — череда докладов, написанных бюрократическим языком. Большинство речей, которые звучат в эти дни, так и остается только в стенограммах. Но есть исключения, которые навсегда вписаны в историю организации.

За восемь десятилетий площадка не раз превращалась из места для протокольных выступлений в сцену для политического перформанса. Здесь лидеры соревновались не только в аргументах, но и в продолжительности речи, жестах, интонациях. В преддверии 81-й сессии Генассамблеи «Известия» собрали самые яркие речи, которые показывают, как международная дипломатия постепенно меняла инструменты и подстраивалась под новые медиаформаты.

Молодой Кастро и его рекорд

В сентябре 1960 года 34-летний Фидель Кастро приехал в штаб-квартиру ООН. После победы Кубинской революции прошло чуть менее двух лет. Это был визит, который американские спецслужбы и пресса ждали с плохо скрываемым ужасом. И Кастро сполна оправдал их ожидания.

Его поездка успела стать нью-йоркской легендой. Изначально делегация остановилась в гостинице Shelburne на Лексингтон-авеню. Однако администрация отеля якобы потребовала от кубинцев гигантский залог за сохранность имущества. Оскорбленный Кастро пригрозил разбить палаточный лагерь прямо в Центральном парке. В итоге кубинская делегация демонстративно переехала в Гарлем — в гостиницу Theresa. Позднее к нему туда приезжал Никита Хрущев.

Премьер-министр Кубы Фидель Кастро. 1960 год

Премьер-министр Кубы Фидель Кастро. 1960 год

Фото: Global Look Press/Brian F. Alpert

Но гвоздем программы стала его речь. Кастро поднялся на трибуну 26 сентября. Генассамблея обычно рекомендует делегатам ограничивать выступления 15 минутами. Кубинский премьер оставался у микрофона 269 — четыре часа и 29 минут. ООН называет это самым продолжительным официально засеченным выступлением в истории Генеральной Ассамблеи.

Кастро говорил об американской политике в отношении Кубы, империализме, колониализме и положении стран Латинской Америки. Но важнее оказалась не сама тема его речи. Только пришедший к власти кубинский лидер получил ту же трибуну, что и главы крупнейших держав. Это было политическое послание: вчерашние партизаны могут выступать наравне с лидерами сверхдержав.

Ботинок Хрущева

Если Кастро использовал время, то Никита Хрущев в том же 1960 году привлек внимание жестом.

12 октября на заседании Генассамблеи обсуждался вопрос о предоставлении независимости колониальным странам и народам. Выступал представитель Филиппин Лоренцо Сумулонг. Он критиковал советскую политику в Восточной Европе. Дальше случилась одна из самых известных историй холодной войны: советский лидер якобы снял ботинок и принялся стучать им по столу, требуя прекратить антисоветскую пропаганду.

С ботинком всё оказалось непросто. Согласно американским ресурсам, основанным на сообщении The New York Times, Хрущев снял правую туфлю, поднял ее в сторону Сумулонга, а затем бил ею по столу. Во время последующего выступления американского представителя он снова снял туфлю и демонстративно размахивал ею.

Фотографы и карикатуристы мгновенно превратили этот жест в символ «непредсказуемой советской угрозы». Ботинок Хрущева стал метафорой холодной войны.

История получила не менее эффектное продолжение: заседание в итоге стало настолько шумным, что председатель Генассамблеи Фредерик Боланд ударил молотком по столу с такой силой, что головка молотка отлетела. После этого прения пришлось прервать.

Тема того заседания осталась лишь в протоколе, а символичный ботинок продолжает обсуждаться и по сей день.

Оливковая ветвь и оружие Арафата

В 1974 году на трибуне Генассамблеи выступил человек, представлявший не государство, а Организацию освобождения Палестины (ООП).

К этому моменту вопрос о международном статусе ООП уже находился в центре внимания Генассамблеи. 14 октября она приняла резолюцию 3210, пригласив ООП участвовать в пленарных обсуждениях палестинского вопроса. 13 ноября председатель Исполнительного комитета организации Ясир Арафат в военной форме и висевшей на поясе кобуре (до сих пор спорят, было ли там оружие) произнес речь, построенную вокруг одного образа.

Председатель исполнительного комитета организации ООП Ясир Арафат. 1974 год

Председатель исполнительного комитета организации ООП Ясир Арафат. 1974 год

Фото: Getty Images/Bettmann

«Сегодня я пришел, неся оливковую ветвь и оружие борца за свободу. Не дайте оливковой ветви выпасть из моей руки», — сказал Арафат. Эти слова сохранились в официальной стенограмме Генассамблеи.

Эта метафора стала частью изменения международного статуса палестинского движения. Уже через несколько дней, 22 ноября, Генассамблея приняла резолюцию 3237 и предоставила ООП статус наблюдателя при ООН, а оливковая ветвь стала узнаваемым символом палестинской дипломатии.

Уго Чавес: «Здесь до сих пор пахнет серой»

Венесуэльский президент Уго Чавес на Генассамблее ООН в сентябре 2006 года выступал на следующий день после американского лидера Джорджа Буша-младшего. Он поднял над головой книгу американского политолога Ноама Хомского «Гегемония или выживание», перекрестился и произнес: «Вчера здесь был дьявол. И здесь до сих пор пахнет серой».

Президент Венесуэлы Уго Чавес. 2006 год

Президент Венесуэлы Уго Чавес. 2006 год

Фото: Getty Images/Stephen Chernin

Он отлично понимал механизм: в отличие от Фиделя Кастро он выступал в эпоху телевидения и интернета — его речь разберут на цитаты, а значит, фразы должны врезаться в память. Чавес использовал сцену на максимум: проявил солидарность со всей Латинской Америкой, дал сигнал Вашингтону и привлек внимание миллионов телезрителей.

Красная линия и нарисованная бомба

27 сентября 2012 года премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху пришел на Генассамблею с необычным реквизитом.

Это был большой лист бумаги с нарисованной бомбой. На плакате были обозначены стадии, которые, по интерпретации Нетаньяху, проходил Иран на пути к потенциальной возможности создания ядерного оружия. Затем премьер достал красный маркер, провел линию и объяснил залу, где, по мнению Израиля, должна находиться граница, которую Иран не должен пересекать.

Нетаньяху использовал изображение бомбы, чтобы показать три стадии обогащения урана, и обозначил красной линией порог, который считал критическим.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. 2012 год

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. 2012 год

Фото: TASS/AP/Richard Drew

Израильский лидер показал, что в эпоху телевидения дипломатия лучше всего работает, когда свои аргументы можно объяснить буквально на пальцах, в данном случае — на почти мультяшном рисунке. Сложная дискуссия о ядерной программе, требующая отчетов МАГАТЭ, таблиц и сложных оценок, на несколько минут превратилась в рисунок на листе бумаги. Фотография Нетаньяху на трибуне стала для многих мировых СМИ открытием номера следующего дня.

Помимо основных тем дискуссий, расстановки сил и прочих изменений меняется и характер выступлений на трибуне Генассамблеи ООН. Если раньше, чтобы запомниться, нужны были часовые речи, позже демонстративные жесты, метафоры, теперь же достаточно рисунка. Как правило, речи, произнесенные на Генассамблее ООН, растворяются в стенограммах, живут ровно те минуты, пока произносятся. Но есть и те, кто записал себя в историю ООН. Интересно, чем запомнится 81-я Генассамблея ООН.

Читайте также
Прямой эфир