Новый премьер Венгрии Петер Мадьяр собрал в Будапеште первую за два года встречу «Вишеградской группы». Это объединение четырех стран Центральной Европы, куда входят еще Польша, Словакия и Чехия. Ее пытаются превратить в существенный региональный центр силы, однако до сих пор из этого ничего не выходило.
«Вишеградская группа» существует с 1991 года. Тогда пришедшие к власти после краха социализма президенты Венгрии — Арпад Гёнц, Польши — Лех Валенса и Чехословакии — Вацлав Гавел, решили создать в регионе новое объединение. Оно напоминало о существовавшем в XV–XVI веках династическом союзе Венгрии, Польши и Чехии. Три страны (вскоре Чехословакия распалась, и их стало четыре) решили сообща проводить реформы и двигаться в сторону Евросоюза и НАТО. Все они благополучно пополнили ряды этих объединений в 2004-м. И теперь надо было искать смысл существования «Вишеграда» дальше.
А вот с этим получилось не очень. Просто даже внутри себя объединение полно противоречий, не разрешенных по сей день. Например, Польша и Чехия спорят за лидерство на правах «самой большой» и «самой богатой», а между ними еще не полностью угасли споры об истории 1938 года, когда поляки делили Чехословакию вместе с Гитлером. В свою очередь, отношения Словакии и Венгрии оставались напряженными ввиду вопроса об этнических венграх, составляющих порядка 10% населения Словакии. Спор этот и вовсе уходит корнями в века, когда, напротив, Венгрия притесняла словаков.
Добавим сюда и другие варианты из области «3+1». Так, Венгрия явно отличается от трех других государств по языку. Польша явно выделяется на фоне остальных своими размерами и значительным населением. Словакия, в отличие от иных, не имеет давней истории собственной государственности. Наконец, Чехия выглядит значительно богаче остальной «троицы». И трудовые мигранты (до массового переселения украинцев) ехали не из Чехии, а в нее, в то время как три других государства оставались поставщиками рабочей силы для более зажиточных стран Евросоюза. Словом, и здесь договориться было трудно.
Противоречия зашли настолько далеко, что Чехия в дополнение к «Вишеграду» создавала вместе с Австрией «Славковский формат» (или «Аустерлицкий формат», как называют его в Западной Европе). К ней по старой памяти присоединилась еще и Словакия. Сейчас к этому формату пытаются подтянуть еще и Словению, которая всячески стремится оформить свое участие в объединениях стран Центральной Европы. Фактически «ядром Вишеграда» остаются Польша и Венгрия, исторически имеющие весьма теплые отношения. Однако и их точки зрения на целый ряд вопросов в последние годы расходились.
Нас, естественно, больше всего интересует вопрос России и Украины. Здесь комбинации много раз менялись в зависимости от того, кто находился у власти в данный момент в каждом из государств. Но если суммировать все варианты, получалась такая картина. Польша стабильно отличалась жесткой антироссийской позицией, Словакия оставалась к нам, по европейским меркам, сравнительно благожелательной. Венгрия и Чехия выглядели как нечто усредненное — с поправкой на положение венгров в Закарпатье. И обе они были скорее ближе к Словакии, чем к Польше.
Споры по поводу России и Украины начались задолго до 2014 года — не то что 2022-го. Вот и теперь данный вопрос становится едва ли не самым острым, и по нему вряд ли получится договориться. Разве что факт СВО готовы осудить все, включая и словацкого премьера Роберта Фицо. А вот в вопросах поддержки Украины Польша явно осталась в одиночестве — все остальные открыто вооружать ВСУ не хотят. Напротив, Словакия вряд ли получит поддержку в вопросе сохранения поставок российских нефти и газа в текущий момент — Мадьяр и чешский премьер Андрей Бабиш здесь не готовы ссориться с ЕС.
Если же говорить о том, что четыре страны однозначно сближает, — неприятие миграционной политики ЕС и недавно вступившего в силу Миграционного пакта Евросоюза. Еще в 2015 году Венгрия, Польша, Словакия и Чехия солидарно выступили против распределения беженцев из стран Ближнего Востока и Африки по всем странам ЕС, опасаясь терактов и роста преступности на своей территории. Сегодня они снова пытаются пересмотреть данное правило, отраженное в стратегическом документе Евросоюза. Не факт, что им это удастся, однако повод для демонстрации своего единства просматривается отличный.
Еще один момент — возможное расширение «Вишеградской группы». До сих пор Венгрия и Польша, в отличие от Чехии, относились к этому прохладно. Первая опасалась еще сильнее попасть в «славянское окружение», вторая — утратить свой статус самой большой. Однако теперь Мадьяр заговорил о том, что в будущем ряды «Вишеграда» могли бы пополнить Австрия, Германия, Румыния, Словения и Хорватия. В этом случае в Центральной Европе возникло бы действительно крупное объединение государств, с которым пришлось бы в полной мере считаться и руководству Евросоюза.
Надо сказать, что тут Мадьяр не выступает в роли первопроходца. Нечто похожее еще 30 лет назад пытался воплотить первый президент Чехии Вацлав Гавел. Он подключал к «Вишеграду» как раз Австрию, Германию и Словению, однако в широкое объединение стран Центральной Европы это не переросло. Сегодня и Мадьяр непременно столкнется с теми же препятствиями, если попробует претворить данную инициативу в жизнь.
Если говорить о Румынии, то с нею у Венгрии тоже есть спор по вопросу о положении венгров. К тому же эта страна более бедная, чем любая из стран «Вишеграда». И в культурно-религиозном плане православные румыны тоже будут контрастировать с преимущественно католическими государствами Центральной Европы. Если речь идет о Хорватии, то здесь нет религиозных преград, и уровень жизни примерно такой же, как в Польше, Словакии и Венгрии. Однако ее участие вовлечет сравнительно спокойные страны в горячие дела Балкан. Насколько этот входит в их планы — остается только гадать.
Что касается Австрии и Германии, то здесь речь идет о более богатых и влиятельных государствах, которые немедленно отправят и Польшу, и Чехию на второй план, а Венгрию со Словакией — и вовсе на третий. В отличие от стран «Вишеграда», они, будучи переполненные выходцами из других регионов мира, как раз настаивают на перераспределении мигрантов по квоте Евросоюза. Кроме того, два немецких государства будут поучать бывшие социалистические страны, что им надо делать и как себя вести. Наконец, у Чехии и Австрии, Польши и Германии до сих пор не закрыты дрязги вокруг итогов Второй мировой войны.
Разве что Словения действительно выглядит как идеальный кандидат на расширение вишеградского формата. Небольшая, сравнительно развитая славянская страна, вошедшая в ЕС и НАТО вместе с «вишеградскими странами». В то же время ее присоединение явно усилит позиции Чехии, которую словенцы считают наиболее близкой себе. К чехам они близки и политически, и культурно, и с точки зрения экономического положения они располагаются примерно на одном уровне. До сих поляки и венгры были от такого новичка не в восторге. Но, может, картина изменилась. Сегодня Словения тоже не приемлет Миграционный пакт ЕС.
Словом, Мадьяр пытается заявить о себе на европейской арене приданием нового импульса «Вишеградской группе». Однако не факт, что его идею удастся воплотить в жизнь. Слишком глубоки противоречия и по особо интересной нам теме России и Украины, и в вопросах отношений между ее участниками, и в плане расширения. Неприятие Миграционного пакта всё-таки скорее отражает тактическое, а не стратегическое единство стран Центральной Европы. Потому вероятность прочного политического объединения в данном регионе остается невысокой.
Автор — доцент Финансового университета при правительстве РФ