В конфликте США и Ирана победителей нет. И вот почему
США и Иран подписали меморандум, который открывает дорогу к заключению мирного соглашения между ними. Помимо того, что стороны обязуются прекратить боевые действия, США согласились снять морскую блокаду и санкции с Ирана, а также разработать план, предусматривающий выделение $300 млрд на восстановление недавнего противника. Иран взамен откажется от разработки ядерного оружия и обсудит судьбу имеющегося обогащенного урана. Почему такое соглашение фиксирует проигрыш обеих сторон — в материале «Известий».
Потери для США
• Меморандум подразумевает, что США будут постепенно ослаблять санкции в отношении Ирана, прежде всего касающиеся экспорта его нефти. Послабления вступают в силу немедленно и будут нарастать по мере 60-дневного переговорного процесса, а окончательная отмена всех санкций будет возможна после подписания финального соглашения. Иран сможет продавать сырую нефть, продукты нефтехимии и их производные. Сопутствующие логистические, транспортные и страховые услуги так же будут выводиться из-под американских санкций.
• Для США это может иметь на некоторое время приятные экономические последствия: снижение цен на нефть, ослабление инфляционного давления, возможность смягчить монетарную политику, возвращение оптимизма рынкам. Однако снятие санкций и открытие Ормузского пролива не вернут рынок нефти к довоенному состоянию. Урон, нанесенный всей мировой экономике, приведет к сокращению потребления нефти, а выход большого количества нефти и рост ее добычи, к которому прибегнут производители для компенсации потерь, приведет к обвалу цен. Некоторое время они еще будет держаться на приемлемом уровне, пока страны будут восстанавливать свои стратегические запасы на будущее.
• Однако без уверенного роста мировой экономики цены на нефть продолжат свое падение и в один момент перейдут порог, при котором добыча сланцевой нефти в США становится невыгодной и приведет к закрытию месторождений. Легкая иранская нефть, имеющая минимальную себестоимость, будет вытеснять дорогую американскую с рынка. Иран получит внушительное дополнительное финансирование, что едва ли пойдет на пользу США, так как действующий режим может использовать его на укрепление обороноспособности и поддержку союзников.
• Заметным минусом от меморандума для США станет похолодание в отношениях с Израилем. Самый преданный союзник на Ближнем Востоке не принимает соглашение с Ираном. Либо это выльется в смену действующего правительства на ближайших выборах, либо в отказ от выполнения обязательств, о которых будет просить Белый дом. Израиль уже настаивает на том, что не будет выводить войска из Ливана, как того хочет Иран и на что согласился Белый дом. США придется вновь оказывать давление на Израиль и прибегать к методам, которые создадут трещину в длящейся десятилетия взаимовыгодной дружбе двух стран. Вашингтон при этом продолжит поддерживать отношения с более практичными игроками Ближнего Востока, которые приветствуют подписание соглашения с Ираном и ждут восстановления мира в районе Персидского залива.
• Меморандум никак не упоминает многочисленных союзников Ирана, которые оказывают ему поддержку в рамках конфликта с Израилем. Никакие формирования в Ираке, Ливане, секторе Газа и Йемене не ограничены в своих действиях и останутся возмутителями спокойствия на Ближнем Востоке. Сохранение их присутствия становится рычагом давления со стороны Ирана, и является для США одним из главных провалов прошедших переговоров. То, что Вашингтон не смог сломить Тегеран, еще имеет свои объяснение, но то, что американцы не могут лишить субъектности относительно небольшие вооруженные группировки, ставит под вопрос способность США значимо влиять на положение дел на Ближнем Востоке.
• На фоне этого негативный оттенок приобретают и политические последствия для руководства США. Администрация Дональда Трампа не добилась многих озвученных целей, таких как смена режима в Иране и прекращение экспорта нефти, нарушила предвыборное обещание не начинать войну и приобрела негативный имидж во многих странах мира. Предвоенное состояние, в котором находились США, в самой стране однозначно оценивается как лучше, чем то, в котором она оказалась после завершения войны с Ираном. Оно едва ли войдет в список достижений второго срока Трампа, так как среди американцев формируется устойчивое ощущение, что Белый дом не добился ничего для США, но совершил множество уступок Ирану.
Потери для Ирана
• Подписание соглашения и завершение войны не выглядят однозначным успехом и для Ирана. Хотя Тегеран добился для себя заметных преференций, ему пришлось также пойти на некоторые уступки и отказаться от максималистских требований. Еще в начале войны, когда руководство страны понесло большие потери, один за другим погибали политические и военные лидеры, оставшаяся в живых элита транслировала мысль, что эти жертвы будут отомщены, как и существенные потери среди гражданского населения.
• Хотя нанести подобный урон США не представлялось возможным, сохранившееся руководство было нацелено на то, чтобы хотя бы осуществить равнозначное возмездие Израилю, однако и он не понес значимых потерь. Иранский режим претерпел изменения, центр сил сместился от религиозной элиты к военной. Ее готовность смириться с потерями, которые нанесли два главных идеологических противника, лишает нынешнее руководство определенной доли легитимности в глазах населения и в будущем может вновь привести к протестам, на которых поднимутся вопросы о смысле вызванных войной лишений.
• Открытие Ормузского пролива также станет таким последствием, с которым в Иране будут согласны далеко не все. Некоторое время за счет блокирования пролива Тегеран оставался в центре мирового внимания, он владел ресурсом, который напрямую сказывался на состоянии мировой торговли. Отпуская эти вожжи, Иран возвращается на привычное ему место в геополитической иерархии. Остальной мир будет извлекать уроки из закрытия Ормуза и предпримет меры, чтобы нефть и газ из Персидского залива больше не застревали по воле руководства Ирана. Отдав этот рычаг давления, Тегеран всё менее вероятно сможет воспользоваться им в будущем.
• Отказ от ядерного оружия, прямо прописанный в меморандуме, также оставляет Иран в более уязвимом положении, чем раньше. Пример КНДР показывает Тегерану, что обладание ядерным оружием является единственным гарантированным фактором сдерживания от внешнего вторжения. Без него Иран рискует вновь подвергнуться агрессии, на которую не сможет ответить пропорционально. Меморандум также предусматривает шаги, которые отбросят ядерную программу Ирана на многие годы назад, так что возвращать утраченные позиции придется еще очень долго. К тому же право на обогащение урана воспринимается в Иране как вопрос суверенитета, и отказ от него будет равнозначен капитуляции.