Спор США и Ирана вокруг Ормузского пролива создает всё новые препятствия для мировой торговли. Дополнительные сложности появились после создания властями ИРИ нового органа власти — «Администрации водных путей Персидского залива» (PGSA). Речь идет о сборе данных о судах, выдаче разрешений, маршрутизации через иранскую зону контроля и плате за безопасный проход.
Практически сразу США ввели против администрации санкции: Вашингтон рассматривает этот иранский механизм легализации контроля над пропуском судов через пролив как в целом форму контроля над международными водами с перспективами монетизации. И теперь наносит «удар» по финансовой инфраструктуре прохода. Это значит, что если судно, страховщик, банк, трейдер или посредник платит за иранское разрешение, он мгновенно попадает под санкционные риски.
Фактически внесение американским OFAC (подразделение минфина США) иранской PGSA в черный список несет риск вторичных санкций для всех судовладельцев и страховщиков, которые вступят в финансовые отношения с администрацией. Американским компаниям, банкам и страховщикам, использующим финансовую систему США, прямо запрещены любые сделки с PGSA без лицензии OFAC. Запрет распространяется на деньги, товары, услуги, платежную инфраструктуру и посредничество. А неамериканские компании предупреждены о рисках санкционного преследования из-за таких платежей.
Санкции имеют большой экстерриториальный эффект. Во-первых, платеж судовладельца, страховщика или трейдера может пройти через долларовый банк-корреспондент или через американскую финансовую систему. Тогда операция автоматически попадает в юрисдикционный контур США и может повлечь соответствующие ограничения. Во-вторых, появилась возможность применения вторичных санкций. И в-третьих, если PGSA прямо или косвенно работает с какой-то структурой, она уже считается заблокированной даже без отдельного включения в список.
Резкую оценку со стороны США вызвал и Султанат Оман, который оказался в чувствительной позиции из-за географии и своей традиционной посреднической роли. Часть навигационного пространства у Ормузского пролива связана с оманским Мусандамом (самая северная провинция страны). Поэтому идея об участии Омана в системе сборов или координации проходов судов через Ормузский пролив вызвала жесткую реакцию Вашингтона.
28 мая министр финансов США Скотт Бессент заявил, что Штаты не потерпят попыток создать систему оплаты в Ормузском проливе, а Оману следует понимать, что ведомство будет активно преследовать любых участников таких сборов. Фактически это предупреждение адресовано не только Маскату, но и любому региональному посреднику, который мог бы легализовать иранский механизм пропуска через собственную административную функцию.
В этой конструкции для судовладельцев возникает двойной риск. С одной стороны, без контакта с иранской стороной судно может столкнуться с навигационным риском: задержание и разворот, предупредительный огонь и угроза со стороны катеров, мин или БПЛА. С другой стороны, контакт с PGSA, платеж или передача данных могут создать санкционный риск. И как бы ни был оформлен платеж — в обычных фиатных валютах или в бартере, в криптовалюте или даже в виде благотворительного взноса — OFAC будет рассматривать любые формы как потенциально рискованные. Минфин США пошел еще дальше: если судовладелец предоставит чувствительную информацию о судне иранской стороне, риск санкций может быть таким же высоким, как и при осуществлении платежа.
Банки теперь должны проверять не только иранское происхождение груза, но и весь маршрутный механизм. В платежных сообщениях могут появиться нейтральные формулировки, упоминающие портовые сервисы для судов и поддержку навигации, агентские сборы и обеспечение безопасного транзита. Теперь все эти формулировки становятся для США красными флажками, указывающими на повышенный риск санкций. Поэтому вероятны дополнительные условия в страховках для судов, например запрет платежей PGSA и обязанность раскрывать маршрутные контакты.
Что же происходит на практике? За неделю через пролив прошли отдельные крупные суда: LNG-танкеры Fuwairit, Al Rayyan, Al Hamra, VLCC Eagle Verona, затем Hua Lin Wan и еще несколько танкеров. Часть проходов была связана с иранским разрешительным каналом, часть отслеживалась через спутниковые и коммерческие данные, еще часть шла с выключенными транспондерами. И если до конфликта через пролив проходили 125–140 судов в сутки, то сейчас рынок наблюдает за постепенным переходом от единичных проходов через пролив к осторожному росту до двух-трех десятков судов в день. В условиях очень медленного восстановления судоходства решение США о санкционном давлении на Иран (особенно на фоне ночных боестолкновений с задействованием ПВО и ВМС сторон) стабилизации ситуации в заливе точно не способствует.
Автор — директор Центра междисциплинарных исследований Института государственного и муниципального управления (ИГМУ) НИУ ВШЭ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора