Евгений Водолазкин — один из самых известных как в России, так и в мире современных русских авторов. Начиная с 2012 года, после выхода «Лавра», появление любого нового текста этого писателя — событие. У него три премии «Большая книга», а его роман «Авиатор» недавно был экранизирован. Предыдущая книга Водолазкина выходила почти четыре года назад, так что «Последнее дело майора Чистова» действительно важный момент для литературного мира. И не только литературного.
Всё начинается как детектив: группа петербургских полицейских едет на Бармалееву улицу, там произошло загадочное убийство. В квартире обнаружен труп, брат-близнец трупа и робот. Робота зовут по-хармсовски Иван Иваныч, только он не самовар, а искусственный интеллект. Точная копия покойного не знает, как именно произошло убийство, а робот может знает, может нет, с ним общаться не так-то просто, хотя очень интересно. Идет расследование, группа во главе с легендарным майором Каспаром Чистовым допрашивает возможных очевидцев и гипотетических подозреваемых, но полиции всё время что-то или кто-то мешает. Например, Чистову — его собственный начальник. Или свидетели водят следствие за нос. Или внезапно к майору заявляется его подруга юности, у которой все очень сложно в личной жизни. Ну то есть, в принципе, всё как в нормальном детективном романе. В интервью Евгений Водолазкин упоминал, что ориентировался при написании произведения на великий сериал «Коломбо», но его текст похож на многие полицейские процедуралы. Вот только не все так просто.
То есть перед нами классический полицейский детектив? Лишь в некоторой степени. Да, в романе есть описание расследования, и оно дано с массой подробностей, но как следствие заходит в тупик, так и детективный жанр тоже начинает путаться и плутать. Если уж перед нами детектив, то не классический европейский, а средневековый китайский, так называемый жанр гунъань. Больше всего на Западе и у нас известны истории про похождения судьи Ди. В гунъань тоже есть преступление, тоже есть расследование, есть сыщик, есть те, кто расследованию сопротивляется, но есть и эпизоды совершенно невозможные в европейском остросюжетному романе. Например, в одной из новелл судья Ди отправляется на кладбище и вызывает покойника — нужно перетереть парочку важных вопросов. Что делает майор Чистов в романе Водолазкина? Тоже отправляется на кладбище и ведет разговоры с покойным. Правда, спойлер, это оказывается тупиковый сюжетный путь.
Но если не детектив, то что же перед нами? Водолазкин из книги в книгу перемешивает жанры, придумывая их, по сути, заново. Здесь смесь детектива, причем как западного, так и восточного, мистической прозы, в конце концов тут чуть ли не половина действия разворачивается во сне, пусть и очень специфическом, и попыток понять, как должны взаимодействовать человек и искусственный интеллект. Еще один спойлер: пока у них не очень-то получается.
Сотрудник правоохранительных органов уже появлялся в одном из романов Водолазкина. В книге «Авиатор» некто Чистов сопровождает главного героя на странную встречу с его собственным палачом. У его прозы есть одна специфическая особенность — образы, события, второстепенные персонажи перетекают из романа в роман, например, в большинстве текстов герой или герои встречают некий парад, шествие, военное, пожарное или спортивное. Вот и тут в самом начале романа герои видят шествие скелетов футболистов.
Так, погодите, получается это не совсем наша действительность или даже реальность? Правильный вопрос, на который нет точного ответа. Да, мир романа очень похож на наш — там есть Петербург, полиция, Бармалеева улица, вдохновившая в свое время Корнея Чуковского на создание злодея-Бармалея. У нее особая репутация: «На Бармалеевой улице. Услышав это, многие из петербуржцев сочли случившееся закономерным: если убийство, то, пожалуй что, на Бармалеевой. Уж такая это улица». Но то тут, то там проявляются в мелких и крупных деталях какие-то абсурдные отличия. Вот близнецы, которые родились в разные годы и в разных городах. Такое вообще может быть? По ходу текста этому феномену будет дано достаточно логичное, но не до конца убедительное объяснение. Или возможность разговаривать с покойником с помощью специальной связи. И этому явлению тоже будет дано чуть более убедительное объяснение. Или возможности полиции вести следственные действия в коллективном коматозном сне. Или присутствие душ. Ну то есть для человека верующего наличие души и ее бессмертие есть один из важнейших постулатов, но вот на государственном уровне у нас души никак не прописаны и не легализованы. А вот в мире Водолазкина душа выявлена и доказана научным путем. Пожалуй, так лучше.
Автор — литературный критик, шеф-редактор сервиса «Яндекс Книги»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора