Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
В Италии назвали итоги саммита АТЭС катастрофой для Европы
Мир
Путин отметил важность скорости мысли для победы
Мир
Лавров указал на преклонение Зеленского перед прахом нацистских преступников
Мир
В ЕП указали на равные расходы Европы на энергоресурсы России и помощь Украине
Мир
Лавров заявил о намерении России защищать права русскоязычных на Украине
Мир
Посольство РФ отвергло обвинения Дании в подготовке покушения на Киевстонера
Общество
Жительница Луганска рассказала о ночной атаке БПЛА на поселок Юбилейное
Интернет и технологии
Владельцы каналов в «Максе» смогут делиться постами в историях
Общество
В Роскачестве перечислили признаки качественного молока
Мир
Трамп назвал Си Цзиньпина великим человеком
Мир
Лавров назвал Россию надежным причалом для страждущих
Мир
Президент Чехии выразил опасение стать «законной целью» России
Спорт
«Ростов» разгромил «Крылья Советов» в матче 15-го тура РПЛ
Мир
Путин объяснил смысл выражения «Москва — Третий Рим»
Мир
В посольстве РФ обвинили Румынию в нарушении прав российских спортсменов
Происшествия
Ребенок на цепи и гибель семьи от угарного газа. Главные происшествия 20 ноября
Мир
Экс-президента Бразилии Болсонару госпитализировали из-за сильной боли в животе
Общество
Путин описал управление Россией словами императора Александра II

Видит грека в реке Ад: Безруков занял актрис МХАТа в новом спектакле МГТ

В современном прочтении Аристофана появятся Пушкин, Каллас и русская мама
0
EN
Фото: пресс-служба Московского Губернского театра
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Гидроцикл Харона, хор мертвых вдов, поэтический баттл с участием Пушкина и Мария Каллас в царстве тьмы — так греческий режиссер Василиос Самуркас увидел редкую для театральной сцены комедию Аристофана «Лягушки». Сам он сыграл три роли, Сергея Безрукова попросил озвучить Гомера, а тот, в свою очередь, как новоиспеченный руководитель еще и МХАТа имени Горького, подключил к постановке актрис Художественного театра. «Известия» побывали на экспериментальной постановке и выяснили, о чем в Аиде квакают лягушки.

Греция по-русски или Россия по-гречески

Несмотря на греческое происхождение, Самуркас прекрасно знаком не только с русской литературой, но и с отечественной театральной школой. Помимо актерского образования в Drama School of National Theatre of Greece, он окончил режиссерский факультет ГИТИСа (мастерская Е.Б. Каменьковича). Василиос поставил несколько трагедий в российских театрах. Среди них — «Медея» Еврипида в Московском драматическом театре им. М.Н. Ермоловой, «Одиссей спускается в Аид» по Гомеру в МХТ им. А.П. Чехова, «Электра» Еврипида в Смоленском драмтеатре и «Агамемнон» Эсхила в Рязанском областном театре драмы. В этот раз Самуркас принес российскому зрителю комедию — тоже древнегреческую, «Лягушки» Аристофана.

— Василиос пришел ко мне с этой историей. Дело в том, что у нас есть свое узкое представление о Греции: сиртаки, Парфенон, греческий салат, мифы. К сожалению, этим всё часто и ограничивается, что, конечно, несправедливо, когда мы говорим о культуре другой страны, — отметил перед показом художественный руководитель театра Сергей Безруков.

Это еще один театральный эксперимент в череде подобных в нынешнем сезоне МГТ. По словам худрука, так интереснее и зрителям, и артистам.

В Древней Греции комедия не была самым популярным жанром, да и спустя почти две с половиной тысячи лет «Лягушки» не стали чаще появляться на сцене. Из известных адаптаций можно выделить разве что одноименный мюзикл обладателя «Оскара», композитора Стивена Сондхайма 2004 года. Тогда он заменил в сюжете древнегреческих драматургов на английских: Эсхила — на Уильяма Шекспира, а Еврипида — на Бернарда Шоу.

— Ни один лягушонок в этом спектакле не станет принцем, — заявил режиссер. — Мы не будем танцевать сиртаки, торговать в фойе древнегреческими хитонами или греческим салатом. И уж точно после финального поклона не продадим вам магнит с Парфеноном.

Самуркас не пошел в лоб и осовременил сочинение знаменитого эллина. «Лягушки» стали отправной точкой разговора о значении поэзии для современного человека на перекрестке двух культур. Что Пушкин для грека и что Еврипид для русского? Да и остались ли вообще достойные поэты среди живых, или пора спускаться в Аид, чтобы вытаскивать с того света великих мертвых?

Именно за этим и отправляется бог театра Дионис (Олег Курлов) вместе со своим рабом Ксанфием (Игорь Назаренко). Они спускаются в загробное царство, чтобы найти и вернуть лучшего трагического поэта. В оригинале в поэтическом баттле сражаются Еврипид и Эсхил, а в версии Самуркаса третейским судьей выступает «солнце русской поэзии» Александр Пушкин. Двадцать лет назад в кино его сыграл Сергей Безруков, но в спектакле Губернского театра бакенбарды и цилиндр примерил Алексей Веретин. Сам Безруков подарил голос Гомеру: с его шуточных реплик начинается и заканчивается спектакль.

Пушкин, Каллас и лягушачий хор

Но при чем здесь лягушки? Их в спектакле целый хор. Еще в 405 году до нашей эры само присутствие этих земноводных в сюжете вызывало смех у греков. Дионис отправляется в Аид по водам Стикс, как и положено, в лодке Харона. Мало того, что у паромщика панковские бело-синие волосы, он рассекает по реке мертвых на гидроцикле. Только в спектакле Стикс становится болотом — отсюда и квакающие по-гречески лягушки. Благодаря костюмам Сергея Илларионова они удивительно напоминают существ из фильма Леонида Нечаева «Приключения Буратино».

У Аристофана и у Самуркаса два хора — лягушек и мертвых вдов. В них задействованы 13 человек, в том числе четыре актрисы из МХАТа имени Горького, который 6 марта возглавил Сергей Безруков.

— Вместе с актрисами Губернского театра отлично работают и девчонки из МХАТа имени Горького. Таким образом у нас уже произошел синтез, — отметил художественный руководитель.

Хотя греческий салат уже упоминался как стереотип, по форме спектакль ассоциируется именно с ним. Крупными кусками в общую «миску» складываются сочные номера лягушек, вдов, несущих гроб с мертвым «не поэтом», зеркальные разговоры по телефону с греческой и русской мамой, поэтическая битва древних трагиков.

В какой-то момент на сцене появляется и самая известная гречанка современности — Мария Каллас. Ее, как и еще две роли, исполняет сам режиссер. Он в шутливой манере поет Casta Diva, а затем рассказывает о трагических отношениях с греческим миллионером Аристотелем Онассисом, который предпочел ей Жаклин Кеннеди.

Всё остальное время в зале звучит музыка еще одного грека — композитора Теодора Абазиса в живом исполнении музыкантов Губернского театра, расположившихся по обе стороны малой сцены.

Хотя спектакль на первый взгляд может показаться странным сочетанием абсурда и гротеска на греческую тему, по сути, это не так. За цветом, жестом и звуком скрываются понятные общечеловеческие вопросы: кто я в этом мире? Что останется после меня? Могу ли я называться поэтом, когда им были Гомер, Эсхил и Пушкин?

Хотя сам Самуркас называет спектакль «своим Аидом», в этом «лягушачьем болоте» барахтается не только Василиос, но и многие из ныне живущих. Оттого и жанр спектакля он определил как «может быть, комедию».

Читайте также
Прямой эфир