Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
AP узнало о сокращении встреч лидеров НАТО из-за внутренних разногласий
Происшествия
Собянин сообщил об уничтожении еще 10 летевших на Москву беспилотников
Происшествия
В Волгограде возбудили дело после угроз пассажира захватить самолет
Происшествия
В Брянской области три человека пострадали при ударе дрона по автомобилю
Происшествия
Силы ПВО перехватили еще 19 дронов на пути к Москве
Мир
В Грузии высмеяли отказ Молдавии от российского газа
Мир
Президент Приднестровья прибыл в Кишинев на фоне угроз властей Молдавии
Армия
Силы ПВО за день сбили 230 беспилотников ВСУ над регионами России
Происшествия
Средства ПВО уничтожили еще 16 летевших на Москву дронов
Происшествия
Красноярская пятиклассница сломала позвоночник после кувырка в школе
Происшествия
Девушка спрыгнула с Благовещенского моста в Санкт-Петербурге
Происшествия
Четыре беспилотника сбиты на подлете к Москве
Общество
В Петербурге могут установить бюст любившего Россию черногорского правителя
Мир
Что произошло за неделю с 9 по 15 ноября. Главное
Общество
Открытое горение ликвидировано в автоцентре Омска
Мир
Турецкая партия обвинила Зеленского в посягательстве на суверенитет страны
Армия
В ДНР уничтожили расчет БПЛА батальона ГУР Украины
Мир
Советник Зеленского посетовал на невозможность заменить мосты в Киеве паромами

Новая история

Финансист Юлия Хандошко — о том, как конфликт на Ближнем Востоке влияет на глобальную инфляцию и рост мирового ВВП
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Кризис на Ближнем Востоке уже серьезно влияет на рынки, отразится он и на росте мирового ВВП, и на глобальной инфляции. Конфликт привел, по сути, к полной блокировке Ормузского пролива. Через эту транспортную артерию проходило около 20 млн баррелей нефти в сутки, почти четверть всего мирового потребления, а также значительная доля поставок СПГ из стран Персидского залива. Международное энергетическое агентство уже заявило, что конфликт вызвал крупнейший сбой в поставках нефти в истории, и сейчас Brent торгуется выше отметки в $102 за баррель. Таких уровней она не видела с 2022 года.

Судя по всему, быстро конфликт не закончится: новый верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи заявил, что пролив останется закрытым, сообщают и об атаках на корабли рядом с Ормузом. Это вызывает опасения о будущем мировой экономики, ведь если рост цен на нефть будет устойчивым, он неизбежно ускорит мировую инфляцию и замедлит глобальный экономический рост.

Во время подобных кризисов аналитики часто замечают параллели с прошедшими событиями в истории. Наиболее известный пример — нефтяное эмбарго 1973 года. Тогда после Войны Судного дня между Израилем и арабскими странами ОПЕК ограничила поставки нефти в государства, поддерживавшие еврейское государство. Эмбарго продержалось около полугода, но нанесло колоссальный удар по мировой экономике. Цена нефти выросла почти в четыре раза. Многие зависимые от импорта ресурсов страны тогда сильно пострадали, а в развитом мире началась длительная стагфляция, редкое сочетание высокой инфляции и полного отсутствия роста.

Но структура мировой экономики меняется, а страны учатся если не бороться с такими кризисами, то хотя бы быть к ним готовыми. Поэтому другой показательный эпизод — война в Персидском заливе 1991 года — не привел к мировому энергетическому кризису, хотя угрозы остановки поставок тогда были очень серьезными. К этому моменту развитые страны уже сформировали стратегические нефтяные резервы и относительно безболезненно прошли конфликт.

Нынешний кризис отличается от предыдущих. Во-первых, мы впервые столкнулись с такой ситуацией, потому что ранее судоходство в Ормузском проливе никогда не останавливалось. Мы видим, что цены хоть и значительно выросли, но далеко не в три-четыре раза, как это было раньше. Сегодня большинство развитых стран копят стратегические резервы, объем которых Международное энергетическое агентство оценивает в 1,2 млрд баррелей. Также для производства единицы товара сегодня нужно меньше энергии, чем полвека назад.

Меняется и структура экономики: страны диверсифицируют источники энергии и не зависят от нефти так сильно. В 1973 году без нефтепродуктов буквально останавливались производства по всему миру, сегодня же появилась альтернативная энергетика, есть возможности нарастить поставки нефти и СПГ из других регионов. У многих есть план «Б» на случай такого кризиса.

Тем не менее рынок нефти всё еще очень влияет на мировую инфляцию, потому что он прямым образом связан с ценой логистики и промышленного производства. Поэтому если в начале года прогноз инфляции в мире составлял около 3%, то сейчас мы можем ожидать ускорения примерно до 3,3%. Но всё будет зависеть от продолжительности кризиса. Похожие прогнозы можно дать и по росту мировой экономики. Ожидалось, что в 2026 году ВВП в мире вырастет примерно на 3%, теперь же скорее стоит ожидать 2,5–2,7%. Всё же сейчас не 73-й год и не 91-й, мировые рынки изменились. Конечно, не стоит делать вид, будто кризиса нет совсем, но и его последствия вряд ли будут катастрофическими.

Если инфляция вырастет, центральным банкам по всему миру придется адаптироваться к новым условиям. В течение прошлого года в большинстве развитых стран денежно-кредитная политика смягчилась, снижались процентные ставки. Вряд ли цикл повернет в другую сторону, но ставки, скорее всего, просто будут снижаться позже и при этом медленнее.

Преодолеть кризис такими монетарными мерами будет непросто. Дело в том, что рост цен на нефть — это шок со стороны предложения, который увеличивает издержки производителей. Даже если банки будут повышать ставки и охлаждать спрос, одна денежно-кредитная политика не поможет преодолеть последствия высоких цен. Поэтому правительства, возможно, будут выпускать резервы, давать субсидии и налоговые послабления, а также снижать пошлины.

Российская же экономика оказалась в более выгодной ситуации. Рост цен на нефть, скорее всего, поддержит бюджет. Он сверстан из расчета средней цены Urals в $59, а сейчас она торгуется выше $100 за баррель. Расчеты показывают, что только в марте налог на добычу полезных ископаемых составит почти 600 млрд рублей, что в два раза выше, чем в феврале.

Есть и оценки, согласно которым рост цен на $1 может дать бюджету около $2 млрд дополнительной выручки в год. То есть если цены сохранятся на нынешнем уровне несколько месяцев, выгода может составить до $80 млрд. Это позволит сгладить дефицит и наполнить подушку безопасности в виде ФНБ.

В то же время на устойчивость российской экономики сам кризис почти не повлияет. Внутренние цены в России мало зависят от колебаний нефти, а экономические механизмы и структура бюджета позволяют сгладить внешние шоки.

Автор — генеральный директор европейского брокера Mind Money (ex «Церих»)

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Прямой эфир