Первые дни марта 2026 года войдут в историю мировой торговли как момент, когда одна из ключевых транспортных артерий планеты — Ормузский пролив — фактически перестала функционировать. Эскалация конфликта на Ближнем Востоке, удары по объектам в Йемене и заявления Ирана о перекрытии судоходства создали принципиально новую реальность для глобальных товарных рынков.
В обычное время в сутки через этот пролив шириной 50 км переправляют около 20–21 млн баррелей нефти в сутки — примерно 20% мирового потребления. Также около трети мировых поставок карбамида (32%), половину мирового экспорта серы (50%), существенные объемы аммиака (21%) и фосфатных удобрений. В совокупности доля стран Персидского залива в мировом экспорте всех видов минеральных удобрений оценивается в 15–18%.
Для отечественного агропромышленного комплекса ситуация имеет мощный экономический и логистический эффект. По предварительным данным Минсельхоза России, экспорт продукции отрасли в 2025 году составил около 80 млн т на сумму $41,5 млрд, показав рост по основным категориям.
По данным Российской ассоциации производителей удобрений (РАПУ) Андрея Гурьева, РФ в прошлом году укрепила лидерство на мировом рынке минеральных удобрений и экспортировала рекордные 45 млн т продукции. Это на 7% больше, чем в 2024-м.
Производство отечественных удобрений в достигло исторического максимума. По данным Росстата, в 2025-м было произведено 65,4 млн т, что на 3,5% превышает показатель предыдущего года. По этому показателю Россия обошла США, Индию и Канаду, уверенно удерживая второе место в мире после Китая. Доля РФ в общем объеме мировой торговли удобрениями (242 млн т) составила в прошлом году 19%.
Ключевой тренд 2025 года — усиление переориентации экспорта на дружественные страны. Их доля в поставках продукции РФ превысила 75% (в 2019‑м показатель составлял 69%). Особенно заметен рост в направлении стран БРИКС: на них приходится половина экспорта российских минеральных удобрений.
Суммарные поставки в государства блока в прошлом году достигли 22,8 млн т — это новый исторический максимум (+6% к 2024 году и +71% к 2021‑му), а доля РФ в импорте удобрений БРИКС — 28%. Лидером по росту закупок стала Индия: за прошедший год она импортировала рекордные 6 млн т — в 5,5 раза больше, чем в 2021 году.
РФ закрепила статус мирового лидера по экспорту пшеницы: в 2025-м поставки зерновых достигли 50 млн т, 41 млн из которых составила пшеница. Как отметила министр сельского хозяйства Оксана Лут, ключевыми покупателями стали страны Африки и Ближнего Востока: на них приходится 78% экспорта российской пшеницы. При этом географическая близость регионов к зоне конфликта делает их крайне чувствительными к любым сбоям в логистике.
Для российских экспортеров удобрений ситуация носит двойственный характер.
Прямые физические риски для отечественного экспорта удобрений минимальны. Основные логистические маршруты страны исторически проходят через порты Балтики, Черного моря и северо‑запада — Россия не зависит от прохода через Персидский залив.
Однако ситуация в регионе вызвала быстрый косвенный эффект. После сообщений о блокировке пролива и ударах в зоне конфликта цены на альтернативные партии удобрений резко выросли. Например, стоимость египетского гранулированного карбамида, увеличившись на $15–20 за тонну, достигла $495–505 за тонну. Это создает благоприятную ценовую конъюнктуру для российских производителей.
Если блокада Ормузского пролива продлится более двух-трех недель, на мировом рынке удобрений начнет нарастать дефицит. Под угрозой окажутся не только поставки из ближневосточных стран — прежде всего Саудовской Аравии и Катара, — но и экспорт из других государств Персидского залива.
Через Ормузский пролив проходит 15–18% мирового объема удобрений — это значительный объем, выпадение которого способно дестабилизировать глобальные цепочки поставок. Мощности по производству удобрений имеют длительный инвестиционный цикл, а логистические альтернативы требуют времени для перенастройки.
В этих условиях рост цен на ключевые виды удобрений (карбамид, аммиачную селитру, фосфорные удобрения) может составить от 15 до 20% относительно текущих уровней в течение ближайших двух-трех месяцев. Это позволит российским экспортерам не только компенсировать выросшие логистические издержки, но и существенно увеличить валютную выручку.
Ситуация с зерном сложнее и требует более детального анализа — география поставок под ударом. Тот факт, что 78% экспорта пшеницы направляется в Африку и на Ближний Восток, делает этот сегмент наиболее уязвимым к логистическим сбоям. Основные покупатели — Египет, Турция, Саудовская Аравия, страны Северной Африки — находятся именно в зоне нестабильности.
Рост напряженности неизбежно ведет к удорожанию фрахта и страховых премий для судов, следующих в порты Красного моря и Восточного Средиземноморья. По оценкам судовых брокеров, страховые премии на рейсы в акватории, прилегающие к зоне конфликта, могут вырасти на 30–50% в краткосрочной перспективе. Это скажется на конечной цене для покупателя и может временно снизить маржинальность поставок.
Однако у отечественного зерна есть ключевое преимущество — высокий запас ценовой конкурентоспособности. Себестоимость производства пшеницы в РФ остается одной из самых низких в мире благодаря природно-климатическим условиям и развитой инфраструктуре. На фоне удорожания и удлинения поставок из Австралии и Аргентины, а также продовольственного дефицита на Ближнем Востоке, российское зерно становится безальтернативным вариантом для стабилизации рынков в регионе.
Вопрос диверсификации экспортных маршрутов для России давно перешел из теории в практическую плоскость. События в Ормузском проливе — это стресс-тест для нашей логистики, который подтверждает правильность выбранного курса на развитие инфраструктуры, не зависящей от «узких горлышек» мировой торговли.
На рынке удобрений в марте – мае 2026 года прогнозируется высокая волатильность. Уход 15–18% мировых поставок (до 30–50% по карбамиду и сере) создает структурный дефицит предложения, который будет компенсироваться ростом цен.
Для отечественных экспортеров это открывает благоприятные возможности: при сохранении текущих условий стоимость продукции может вырасти на 15–20%. Это поможет компенсировать логистические издержки и увеличить валютную выручку, которая в 2025-м была рекордной.
На мировом рынке зерна прямого дефицита не ожидается, однако поставки в ключевые регионы — Африку и Ближний Восток — станут сложнее из‑за роста фрахтовых ставок и страховых премий.
Будучи крупнейшим поставщиком с гибкой ценовой политикой, РФ способна не только сохранить, но и увеличить свою долю на этих рынках. В условиях необходимости диверсификации источников продовольствия страны‑импортеры будут отдавать предпочтение надежным партнерам. С учетом экспортного потенциала в 55 млн т на 2026 год Россия выступает оптимальным выбором для таких закупок.
Автор — директор Центра агробизнеса и продовольственной безопасности Президентской академии (РАНХиГС)
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора