Даром не НАТО: Словакия выступила против создания армии Евросоюза
ЕС обсуждает формирование собственной армии, подчиненной наднациональным органам. Словакия, однако, не видит необходимости в появлении сил, которые, согласно первым предложениям, могут насчитывать 100 тыс. человек. Братислава намерена сохранить свой суверенитет в военной сфере и требует полной совместимости европейских инициатив с НАТО, заявил «Известиям» вице-спикер парламента страны Тибор Гашпар. При этом аналитики считают маловероятным появление армии Евросоюза в ближайшие годы.
Словакия против создания армии ЕС
ЕС переходит от абстрактных обсуждений к конкретным планам создания собственных вооруженных сил. Еврокомиссар по обороне Андрюс Кубилюс, выступая в Европарламенте, призвал превратить союз в полноценный военный альянс, способный заменить силы США в Европе. Однако такие инициативы вызывают сопротивление.
Братислава намерена сохранить свой суверенитет в сфере применения вооруженных сил, заявил «Известиям» вице-спикер Национального совета Словакии, член правящей партии Smer Тибор Гашпар.
— Словакия рассматривает НАТО как основу коллективной обороны, и любые инициативы ЕС должны быть полностью совместимы с НАТО. Словакия будет участвовать только в тех проектах, которые укрепляют нашу безопасность и не ограничивают наш суверенитет в вопросах применения вооруженных сил, — сказал он.
Гашпар отметил, что дискуссия об усилении оборонных возможностей ЕС ведется уже достаточно давно, особенно в ответ на ухудшение ситуации с безопасностью в Европе.
«Известия» направили запрос в Еврокомиссию по поводу целей и сроков создания армии ЕС.
В последнее время ЕК занимается как раз централизацией власти в ЕС и созданием собственных военных органов. В январе Андрюс Кубилюс предложил создать единую армию Евросоюза из 100 тыс. солдат, которая бы подчинялась наднациональному органу — Европейскому совету безопасности. Затем глава евродипломатии Кая Каллас призвала к срочному созданию независимых от США европейских военных сил. Задумались в Брюсселе и над запуском собственной разведывательной службы.
Главными противниками этой идеи остаются лидеры стран, которые нацелены на защиту национальных интересов. Они категорически против передачи новых полномочий на уровень Еврокомиссии. Венгрия, как и Словакия, считает, что армия ЕС должна быть основана на сотрудничестве сильных национальных государств. На этом фоне Будапешт фокусируется на собственной программе модернизации вооруженных сил Zrínyi 2026, он инвестировал в нее около €13 млрд. Опасается венгерское правительство и использования армии ЕС на украинской территории, что чревато военным конфликтом с РФ.
Важно учитывать, что среди членов союза есть страны, которые не входят в НАТО: Австрия, Ирландия, Кипр и Мальта. Они согласны платить больше в общие оборонные фонды и участвовать в разработке оружия, но не готовы передавать Брюсселю командование войсками, поскольку в таком случае их нейтральный статус будет полностью утрачен.
Сможет ли Брюссель создать собственную армию
Милитаризация стала одним из главных направлений политики ЕС в последние годы. Брюссель запустил сразу несколько финансовых программ по перевооружению. По плану «Готовность 2030» ЕС хочет потратить €800 млрд на укрепление своего военного потенциала и развитие оборонной промышленности. С помощью программы SAFE планируется предоставлять льготные кредиты и гарантии странам-членам для срочной модернизации армий.
По словам Кубилюса, государства Евросоюза должны потратить €6,8 трлн на вооружения к концу 2035 года, если выполнят свои обязательства по увеличению военных расходов до 5% ВВП.
— Наша оборонная промышленность должна сейчас принять этот исторический вызов, нарастить производственные линии и производить, производить, производить, — подчеркнул чиновник.
Такая активность Брюсселя вызвана сменой политики США после прихода администрации Дональда Трампа. Вашингтон прекратил безвозмездную поддержку Украины, что вынуждает Европу увеличивать свою долю в поставках ВСУ. Кроме того, американские чиновники неоднократно говорили о планах пересмотреть свое военное присутствие на Европейском континенте, что также беспокоит политиков в союзе.
Но главным водоразделом в отношениях Европы и США стал вопрос Гренландии. Американские претензии на арктическую территорию Дании — члена ЕС — ясно дали понять, что даже ближайший союзник по НАТО может стать угрозой. Поэтому европейские политики задумались не только создании собственной армии, но и о «ядерном зонтике».
Вот только, кроме риторики отдельных должностных лиц, не существует объективных предпосылок и возможностей создания полноценной армии ЕС. Для этого нет ни совокупного потенциала, ни достаточного личного состава и материальных средств, ни политической воли, ни поддержки на уровне населения стран-участниц, пояснил «Известиям» старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Егор Сергеев.
— Значительная часть стран ЕС не настроена на создание общих вооруженных сил, а в вопросах поддержания безопасности даже на доктринальном уровне прежде всего опираются на евроатлантическую солидарность, то есть на фактор НАТО (преимущественно с участием США), — сказал эксперт.

Для России создание армии ЕС — это угроза усиления европейского военного присутствия у ее границ. Если раньше Москва вела диалог о безопасности преимущественно с Вашингтоном, то с появлением армии ЕС придется учитывать Брюссель как отдельный военный центр. С другой стороны, РФ может сыграть на противоречиях, которые неизбежно будут возникать между автономной Европой и США по вопросам военного управления.
Однако Сергеев считает, что милитаризация ЕС объективно представляет угрозу российским национальным интересам и создает дополнительные риски. Приграничные с РФ государства готовятся создать так называемую стену дронов, имеющую не только оборонительный, но и наступательный потенциал. Финляндия и страны Балтии возводят укрепления вдоль границы с Россией. В случае создания армия ЕС, вероятно, будет развернута именно на приграничных с РФ территориях, создавая новые угрозы. Москва готова к диалогу, но имеет возможности для наращивания собственного военного потенциала.