Всемирный день философии отмечается 20 ноября, в этом году исполняется 20 лет с момента его учреждения. И это хороший повод разобраться в том, как философия остается значимой частью современного мира и в какие моменты она перестает быть абстракцией.
Пандемия в 2020 году заставила людей задуматься о хрупкости привычного мира, появление искусственного интеллекта поставило вопросы об идентичности и смысле человеческого труда, геополитическая турбулентность лишила ощущения стабильности. И когда мир меняется слишком быстро и привычные правила перестают действовать, человек вдруг обнаруживает, что ответы есть в записках римского императора, написанных почти 2 тыс. лет назад.
При этом за последние шесть лет интерес к философским идеям в России стремительно растет. По данным «Яндекс Wordstat», то есть по запросам людей в поисковых системах, с 2019 по 2025 год число запросов о стоицизме, учении о душевном равновесии, разумном контроле над эмоциями и принятии того, что находится вне нашей власти, увеличились в 3,2 раза: с 15 тыс. среднемесячных в 2019 году почти до 50 тыс. в 2025-м. А интерес к работам Марка Аврелия, римского императора и представителя позднего стоицизма, вырос на 242%. Число запросов по другим философам при этом тоже растет, просто не столь стремительно: к Аристотелю обращаются на 74% чаще, к Канту — на 52%, к Ницше — на 49%.
Вероятно, такая ситуация объясняется тем, что философия всегда была способом справляться с неопределенностью. Она помогает не потому, что дает готовые ответы, а потому, что учит задавать правильные вопросы. В мире, где информационный шум превратился в постоянный фон, способность мыслить структурно становится редким навыком. Это не абстрактное умение, это конкретная практика различения важного от шума, смысла от манипуляции, реальности от проекций.
Популярность стоицизма объясняется тем, что это прежде всего этическое учение. Людям не интересна онтология или гносеология стоиков, их воспринимают как коучей древности, дающих простые инструкции, как вести себя в жизни. Марк Аврелий писал свои «Размышления» не для публики, а для себя. Это дневник человека, управлявшего империей в период войн и эпидемий и пытавшегося сохранить ясность ума. Его записи об умении оставаться человеком, когда всё рушится, сегодня читают как практическое руководство.
Стоики предлагали простое разделение: есть то, что от тебя зависит, — твои мысли, реакции, поступки, и есть всё остальное — внешний мир, который ты не контролируешь. Когда внешний мир теряет предсказуемость, эта идея становится особенно важной. Человек перестает тратить силы на то, что изменить невозможно, и концентрируется на том, что в его власти, — на собственном отношении к происходящему. Это не пассивность, а точное распределение усилий. В эпоху, когда новости меняются каждый час, а планы рушатся от событий, на которые ты не влияешь, такой подход дает опору.
За этим, впрочем, стоит гораздо больше. Стоицизм — философская система, укорененная в античной традиции, которая включала не только этику, но и онтологию, и гносеологию. Философ, создатель кафедры психоанализа во Франции Мишель Фуко в своей герменевтике стоической школы описывал античную заботу о себе как систему практик, намного более сложную и интересную, чем простые советы о спокойствии. Жаль, что мало кто интересуется более глубокими вопросами, которые занимали стоиков. Задача философов и популяризаторов философии — направить растущий интерес от поверхностных инструкций к пониманию философских методологий и тонкостей мысли.
Доступность информации усиливает потребность в философском осмыслении. Люди ищут те же ответы, что и столетия назад, просто теперь не в библиотеках, а в поисковиках. Вопросы остались прежними, изменились только инструменты доступа. Но есть важное различие: чтение в библиотеке предполагает вдумчивость, а интернет редко дает возможность по-настоящему освоить философский текст. И миссия философов сегодня — помочь перейти от первого знакомства с идеями к их глубокому освоению.
При этом растет внимание к нигилизму: за шесть лет интерес удвоился, судя по тем же запросам в Сети. И на первый взгляд странно, что можно одновременно искать внутреннее спокойствие и отрицание смысла. Но противоречия здесь, возможно, и нет. Ницше не проповедовал нигилизм, он диагностировал его как состояние культуры, в котором старые ценности перестали работать, а новые еще не созданы. «Бог умер» — это не атеизм, а констатация: прежние источники смысла исчерпаны. Но Ницше предложил и выход — создавать смыслы самостоятельно, не ждать, пока кто-то их даст.
Рост запросов о нигилизме говорит не о погружении в пессимизм, а о попытке расчистить пространство перед строительством чего-то нового. Молодое поколение, выросшее в эпоху информационного избытка и постоянной неопределенности, отказывается принимать готовые ответы на веру. Это не цинизм, а требование честности: если старые объяснения не работают, лучше признать это прямо, чем цепляться за иллюзии. Нигилизм в этом смысле — не конечная точка, а необходимый этап перед тем, как выстроить собственную систему ценностей.
Философия не спасет от хаоса, но может помочь в нем не теряться. Она не дает утешительных иллюзий, но предлагает инструменты для того, чтобы сохранить ясность мышления, когда мир вокруг перестает быть понятным. Возможно, именно поэтому античные тексты, написанные в эпохи войн и эпидемий, снова оказываются актуальными — они говорят с теми, кто живет в похожих условиях.
Автор — кандидат философских наук, доцент кафедры гуманитарных и социальных-экономических дисциплин МХПИ (Московский художественно-промышленный институт)
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора