Хорошее черным не назовут. Уверена в этом. И окончательно убедилась в последние две недели, когда из всех утюгов страны в уши и мозг стучалась «черная пятница». И не то чтобы деликатно и интеллигентно, а обрушивалась децибелами «за сто». «Покупайте, успевайте, торопитесь, три платья — для слабаков, надо больше…». Кому не хватило до «черной пятницы» и в момент ее наступления, устроили афтепати в понедельник. Но все закончилось, к счастью. В голове наступил мир и спокойствие, которые позволяют объективно взглянуть и узреть. Но я сегодня хочу обсудить это громкое мероприятие с точки зрения одного явления.
Итак, по расчетам «Известий», доля покупок в рассрочку в «черную пятницу» достигла трети. Проще говоря, в трети случаев свой потребительский ажиотаж в период самой масштабной в году распродажи граждане предпочли оплатить не сразу, а оттянули «удовольствие» на несколько месяцев. В целом количество покупок в кредит, рассрочку и с помощью BNPL-сервисов в этом сезоне распродаж по сравнению с прошлогодним выросло примерно вдвое, отметили участники рынка в беседе с журналистами «Известий».
Конечно, удивляет, на чем, собственно, заработали продавцы, если и скидки огромные, да еще и в рассрочку отдают, но, как говорил колоритный персонаж из «Иронии судьбы…», сейчас не об этом. Вопрос в том, почему так увеличился спрос на покупки с оплатой частями. Не то чтобы денег не хватает, просто соображалка работает. Ставки по вкладам сейчас по-хорошему шокируют невиданной щедростью, поэтому свободные деньги выгодно держать в банках и с удовольствием наблюдать, как они растут на процентах, как на дрожжах. А потешить свой потребительский зуд можно и в рассрочку, благо она бесплатная, по крайней мере на поверхностный взгляд. А если копнуть глубже, то в некоторых случаях всплывают дополнительные верхушки айсберга в виде штрафов, манипуляций с ценами и прочим.
Так вышло, что к 1 декабря законодатели планировали принять законопроект о регулировании рассрочки, который был внесен в Госдуму в августе этого года. Однако процесс затянулся. Один из соавторов проекта сказал на днях, что это произошло, поскольку до сих пор нет отзыва правительства. Оно в лице замминистра финансов Алексея Сазанова заявило, что уже в ближайшее время отзовется, но в целом и концептуально проект поддерживает. Дискуссия развернулась вокруг одного вопроса о том, какой должна быть пороговая сумма для передачи данных о покупке в рассрочку в бюро кредитных историй. В изначальном варианте — 15 тыс. рублей, что как раз и вызвало основные споры. Предлагается повысить уровень до 60 тыс. И это тоже уже вопрос якобы решенный.
На мой взгляд, правда, это проблема из категории «дело десятое». Разделили проблему на части и уцепились за одну, причем не самую большую. Передача данных в БКИ нужна для того, чтобы учитывать покупку в рассрочку для определения уровня долговой нагрузки, что имеет значение при выдаче новых кредитов и способствует защите заемщиков от излишней закредитованности, а банков — от рисков. Это, безусловно, важно, но в качестве вишенки на торте. В основе же кулинарного изделия должен лежать иной смысл регулирования рассрочки — защита потребителей этой услуги.
И как бы законопроект предполагает это за счет установления запрета на различие в ценах у продавца и с помощью сервиса рассрочки, ограничения на штрафные санкции в случае нарушения условий и прочее. Одна проблема, что документ регулирует только так называемых операторов рассрочки, поэтому туда не попадают, например, продавцы. Наверное, не все законодатели в курсе, что сейчас частями можно оплатить не только пылесос, парфюм, холодильник через маркетплейсы, но и недвижимость (а такая форма оплаты уже становится чуть ли не основной на рынке), мебель, меха, драгоценности от производителей и продавцов. И поскольку услугу предоставляют не посредники в лице операторов, то и покупатели под защиту не попадают. При этом, согласитесь, суммы несовместимые. Тут, простите, квартира vs утюг.
Как мне кажется, основная и глубинная проблема в том, что проекты зачастую пишут люди, которые слишком от реальной ситуации далеки. Нет, правда, откуда законодатель знает, что квартиру, например, можно купить в рассрочку? Это прямо, если бы я, скажем, сотворила проект из богатой жизни. О лимите потребления черной икры, например, или условиях эксплуатации бизнес-джета. Обо всех этих явлениях я, безусловно, в курсе, но чисто в теории.
В науке есть такое понятие — ложная парадигма. Это когда что-то изначально не так подумали, но исходя из этого выстроили теорию и двинулись не в том направлении к неправильному результату. А потом, чтобы уже не возвращаться, все последующие выводы подстраивают под неверную предпосылку. Такой подход может привести только к вечному блужданию или в тупик, но мало находится резвых умов, которые готовы оспаривать неверный подход и уводить всех по нему направленных к начальной точке, чтобы запустить процесс заново.
Уверена, что регулирование рассрочки спасет только такое поведение, если мы, конечно, хотим, чтобы оно достигло цели, а результат не был галочкой в книге достижений энтропии. На мой взгляд, необходимо одно простое действие — поменять подход к регулированию рассрочки с регулирования операторов сервиса на регулирование самой формы такой оплаты.
Так, есть закон «О потребительском кредите (займе)». Он регламентирует именно эту форму финансовой услуги. Именно там предусмотрены все необходимые правила и формы защиты потребителей, требования к условиям и любым агентам, предоставляющим эту услугу. Нужен такой же закон, но о рассрочке, который регулирует саму услугу и деятельность по ее продаже, независимо от того, кто ее осуществляет — оператор, продавец, частное лицо (не знаю, в курсе ли вы, но, например, рассрочку на недвижимость могут предоставлять обычные граждане, так называемые физлица).
Я понимаю, что сроки поджимают и со следующего года регулирование должно вступить в силу, но, как говорила героиня фильма «Гараж», для правды времени не жалко. Надо снова собрать всех «членов правления» (ЦБ, законодателей, участников рынков, потребителей услуг) и решить: или закрыть одну часть и обнажить еще десять, или рассмотреть проблему в комплексе и комплексом же решить.
Автор — обозреватель «Известий»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
