Когда мы говорим, что весь мир пришел в движение, что вырабатывается новый мировой порядок, то должны понимать, что меняются, преобразуется все отношения, в том числе и между континентами, регионами, странами. И мы в самом деле видим, например, новую Евразию. Но самые радикальные изменения происходят в Африке и с Африкой. В какой-то степени она совершает прямой переход в будущее, которое во многом создает сама. Что получится — посмотрим.
В течение последних столетий Африка в значительной степени была на вторых ролях, выступала в качестве приложения к тем или иным мировым силам, оперирующим на мировой арене. В античность такими силами были, например, римляне, которые активно действовали прежде всего в Северной Африке. Затем появились исламские страны со своими интересами и идеями. Затем в игру активно включились европейцы, а чуть позже уже американцы. И это, конечно, далеко не полный перечень всех тех, кто так или иначе приходил на континент.
Африканцы, конечно, далеко не всегда были безответными жертвами, они и сами часто энергично сотрудничали с пришельцами, в деле торговли рабами, например. Да и внутри самой Африки развивались разные цивилизации, строились города, возникали самые различные государственные образования, а зулусы, например, уверенно завоевывали юг Африки и столкнулись с англичанами, устраивавшими свои колонии в тех же краях.
Но какую бы оптику мы ни прикладывали к Африке, всё же надо признать, что, повторю — в последние столетия, чаще инициатива развития исходила извне Африки, что колонизаторы самых разных типов с той или иной степенью жестокости, в общем-то, использовали ее.
Сегодня мы видим новую ситуацию. Прежде всего в том, что, похоже, возникает новая африканская субъектность и/или субъектности. Дело в том, что Африка велика и разнообразна, трудно вообразить, во всяком случае сегодня, что возникнет какое-то единое африканское правительство или, что удастся быстро и эффективно согласовывать общие африканские интересы. Хотя, в последнем, кое-что иногда удается. Но всё же и жестких конфликтов в Африке много, а этиология их разнообразна. Однако очевиден и общеафриканский тренд на обретение самостоятельности, на осознание собственных интересов, на стремление эти интересы отстаивать.
И дело прежде всего в том, что по ряду причин к власти в африканских странах приходит новая элита, сравнительно молодая, сформировавшаяся уже в современном мире. Когда-то, 60–70 лет назад состязание между социалистическим блоком и капиталистическим миром, между, прежде всего, СССР и США создало для африканских элит удивительную ситуацию относительной свободы выбора: хочешь выбирай коммунистическую мечту, хочешь мир чистогана.
Что интересно, правила позволяли осуществлять такой выбор не один раз, что развивало умственные способности элит, тренировало воображение и чувство собственного достоинства. И вообще, хоть большинство населения Африки жило крайне бедно, элиты стали богатеть и размножаться. Следовательно, стало расти постепенно и число государств: элитам нужны собственные страны с собственной идентичностью, мифологией и так далее.
Но дело не только и не столько в этом. Постепенно наступила эпоха новых информационно-коммуникационных технологий. А это означало, что хоть физические границы остались, но в виртуальном пространстве, доступном почти что для всех, они исчезли. То есть огромное количество знаний стало доступным. Конечно, значительная часть этих знаний оказалась чушью, а то и опасной, злонамеренной ложью, но вместе с тем кругозор расширился значительно, ясно стали видны отличия между странами, контрасты при сравнении образов жизни и прочие, вполне впечатляющие факты современной жизни. Понятно, что это повлияло и на население, и на элиты, и на отношения между ними, на народный запрос к элитам, если хотите.
Но не только информационно-коммуникационными технологиями жив человек. Пришли и новое оружие, и новые методы ведения сельского хозяйства, и многое другое.
В общем, у элит континента сформировался устойчивый запрос на достижения достойного места и в мировой иерархии как таковой, и в мировой торговле и общем распределении мировых благ.
Менялся и окружающий мир. Выросли и усилились Китай и Индия, многие другие евразийские страны. Россия, оправившись от коллапса СССР, стала следовать самостоятельному пути и начала уделять больше внимания Африке, отчасти создавая новые механизмы взаимодействия, отчасти вспоминая советский опыт (хотя, в целом, он, конечно, не воспроизводим). В то же время страны Запада многое делали по старинке, сохраняя уверенность, что старая система связей с Африкой не подведет.
Но расчет Запада оказался не верен. Во-первых, ковид показал всю меру лицемерия, якобы бескорыстия Запада в распределении вакцин. А во-вторых, выяснилось, что Запад наживается на Африке, что китайские кредиты, к примеру, часто дешевле европейских. К тому же, например, в случае с Францией, выяснилось, что во многих случаях отношения французских и африканских элит много коррупций и прямо двурушничества.
Чего стоит хотя бы история бывшего президента Габона Омара Бонго, который сначала оптом и в розницу сдавал свою страну в аренду французам, а затем и сам, живя, как пишут во французской прессе, в разреженной атмосфере сверхбогатых людей, подкупал тем же оптом и в розницу французских политиков. Президент Валери Жискар д’Эстен в свое время прямо обвинял его в финансировании конкурента — Жака Ширака. И это только одна из очень многих историй.
Так что немудрено, что в довершение всего возник вопрос об эффективности и оправданности действий французских военных в регионе, на которых, кстати, многие полагались. Случаев, подобных, например, смещению в 2010 году президента Кот-д’Ивуара Лорана Гбагбо было очень немало. Что удивительно в истории с Гбагбо, будучи схвачен французами, он был оправдан международным судом, который признал французское вмешательство безосновательным. Повторю, число примеров военных провалов и преступлений западных военных во главе с пресловутым Africom (африканское командование вооруженных сил США в Штуграте, Германия) можно множить и множить.
В общем, с одной стороны, наступило глубокое разочарование в способностях Запада, возникли обоснованные подозрения в подлинных желаниях его элит, а с другой, сформировалось совершенно новое поле возможностей: Африка теперь в состоянии самостоятельно созидать мир вокруг себя, точнее, полноценно участвовать в этом процессе, поскольку он многосторонний.
Москва, как я уже говорил, имеет определенный опыт отношений с Африкой — как новый, так и прежний, еще советский. Россия — также интеллектуально и технологически развитая страна. Она имеет совершенно понятные, прозрачные интересы в Африке и может сотрудничать практически со всеми странами континента. Африка, ее страны желают получить комплексную помощь и комплексные решения для своего развития. Ситуация сейчас такова, что самое время принимать общие решения о развитии всего региона. Естественно, что для развития нужна безопасность, и эта проблема для Африки важна.
В свое время Корней Чуковский написал чудесные стихи про Африку, которые начинались со слов «не ходите дети в Африку гулять…». Но благодаря, согласно Чуковскому, активности русских детей на континенте стало столь чудесно, что поэт призвал: «В Африку бегом…».
Автор — председатель совета Фонда развития и поддержки международного дискуссионного клуба «Валдай», декан факультета креативных индустрий НИУ ВШЭ. Автор примет участие в Российско-африканской конференции МДК «Валдай» — «Россия – Африка: стратегия сотрудничества в многополярном мире» 24 июля в Дар-эс-Саламе.
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
