Приближается 20-летний юбилей интервенции США и их союзников в Ираке в марте 2003 года. Есть ли основания считать эту интервенцию переломным событием в современной истории международных отношений? Ведь были же и другие драматические моменты, однозначно указывавшие на смену вектора мировой политики. Например, 12 марта 1999-го Польша, Чехия и Венгрия были официально объявлены членами НАТО, а всего через 12 дней Североатлантический альянс приступил к бомбардировкам Югославии. Или декабрь 2001-го — в начале месяца была в целом завершена операция блока по оккупации Афганистана, а 13 декабря президент Джордж Буш-младший сообщил об одностороннем выходе США из советско-американского договора по ПРО 1972 года.
Но война в Ираке выделяется даже на фоне всех этих судьбоносных событий. Без особого преувеличения можно утверждать, что именно она окончательно разрушила надежды на создание справедливого и демократического мирового порядка в начале XXI века. Во многих отношениях война в Ираке оказалась беспрецедентным кризисом, выходящим за рамки всех предыдущих действий США, направленных на консолидацию «однополярного мира».
Во-первых, интервенция выделялась своим масштабом. В операции участвовали сотни тысяч военнослужащих, включая сухопутные, военно-воздушные, военно-морские силы, Корпус морской пехоты, Национальную гвардию США, воинские контингенты из Великобритании, Австралии и Польши, не говоря уже о военной и иной поддержке со стороны многих других союзников и партнеров Вашингтона.
Во-вторых, операция до сих пор прочно ассоциируется с эпическими провалами американской разведки. Предлогом для ее начала стали так никогда и не доказанные утверждения о наличии у Саддама Хуссейна оружия массового уничтожения. Хотя сама военная операция была завершена в течение трех недель, сопутствующие планы быстрого преобразования Ирака в жизнеспособную либеральную демократию западного типа завершились тотальным фиаско.
В-третьих, интервенция в Ираке расколола не только международное сообщество в целом, но и Запад в частности. Соединенным Штатам не удалось добиться поддержки своих действий ни в Совбезе ООН, ни даже внутри НАТО. Франция и Германия, не говоря уже о России и Китае, открыто выступили против этого. Турция отказалась предоставить свою территорию в распоряжение международной коалиции, а в Великобритании война спровоцировала политический кризис. Обычно весьма осторожный генеральный секретарь ООН Кофи Анан заявил о нарушении Вашингтоном Устава ООН.
В-четвертых, вторжение в Ирак и последующая оккупация этой одной из ведущих арабских стран имели долгосрочные и масштабные последствия для всего ближневосточного региона, причем некоторые из этих последствий не преодолены и по сей день. Разрушение Ирака пошатнуло устоявшийся баланс между шиитами и суннитами, дало толчок для быстрого подъема исламского фундаментализма и международного терроризма, запустило цепную реакцию кризисов государственности в ряде стран Ближнего Востока и Северной Африки, что через семь лет обернулось драмой Арабской весны.
Сегодня в США, да и на Западе в целом, не любят вспоминать о событиях марта 2003 года. Основные действующие лица той уже далекой эпохи либо отошли в иной мир, либо пишут мемуары в тиши своих домашних кабинетов. Джо Байден, хотя два десятилетия назад он и был одним из немногих сенаторов-демократов, активно поддержавших воинственный настрой тогдашнего президента-республиканца, сегодня стремится максимально дистанцироваться от решения о начале интервенции. Новые лидеры Франции и Германии тоже не испытывают особого желания возвращаться к конфликту, в котором их предшественники проявили немыслимую по нынешним временам дерзость подвергнуть сомнению неизменную правоту своего старшего партнера. Войну в Ираке постепенно заслонили другие конфликты и другие кризисы, в которые легкомысленное человечество продолжает впутываться с упорством, достойным лучшего применения.
Однако главный урок иракской войны по-прежнему актуален. Ввязаться в конфликт бывает относительно легким делом, а вот выйти из него достойно часто оказывается делом очень трудным. Этот нехитрый урок в разной форме подтверждается снова и снова — в Афганистане и Сирии, в Ливии и Йемене, в Косово и Мьянме. Многие современные конфликты тянутся годами и даже десятилетиями, и окончательная победа, которая когда-то казалось столь близкой, со временем превращается в подобие ускользающей линии горизонта, которая неизменно удаляется по мере приближения к ней.
А потому, ввязываясь в очередной конфликт, нужно тщательно продумать не только план предстоящей военной кампании, но и стратегию последующих мирных переговоров, потому что последнее слово в конфликтах XXI века чаще всего остается все-таки не за генералами, а за политиками и дипломатами.
Автор — эксперт клуба «Валдай», генеральный директор Российского совета по международным делам
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
