Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Товарооборот России и Вьетнама вырос более чем на 12% за восемь месяцев
Мир
Путин проинформировал Си Цзиньпина о ситуации в зоне СВО
Общество
Глава Минтруда сообщил о повышении соцвыплат в 2027 году по уровню инфляции
Мир
Лукашенко призвал Белоруссию и Латвию преодолеть политические разногласия
Общество
ГД приняла закон об увеличении лимита страхования по долгосрочным вкладам
Общество
Правительство распространит выплаты земским врачам на три приграничных региона
Мир
Лидеры народа сето потребовали от Эстонии компенсаций при закрытии границ с РФ
Мир
Посол РФ предложил Молдавии регулярно проводить встречи на уровне МИДа
Общество
Правительство РФ приняло меры по обеспечению грузами жителей Крыма
Общество
Глава Рособрнадзора заявил о проработке ограничения продажи микронаушников
Мир
Bloomberg сообщило о рекордном падении рейтинга партии премьера Финляндии
Общество
Чекунков спрогнозировал рост инвестиций в Дальний Восток и Арктику в 2027 году
Мир
У властей США нет доказательств связи между масштабными сбоями в стране
Мир
Стубб усомнился в завершении конфликта на Украине до конца 2026 года
Мир
Краснов обсудил с генпрокурором Казахстана укрепление правовых систем двух стран
Мир
NBC узнал о разногласиях из-за помощи Киеву при утверждении военного бюджета США
Мир
Путин отметил взаимный рост интереса к изучению языков в России и КНР
Общество
Минпромторг предложил эксперимент по цифровой маркировке детской мебели

«Микропластик — это маркер деятельности человека»

Эколог Михаил Колобов — о проблеме микропластика и сохранении Байкала
0
Фото: из личного архива Михаила Колобова
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Проблемы экологии продолжают оставаться в центре внимания. Последнее время все больше экспертов выражают беспокойство из-за так называемого микропластика — частиц полимеров, которые находят теперь даже в самых отдаленных уголках планеты. Не избежал этого и наш Байкал. «Известия» поговорили о микропластике и связанных с ним вызовах науке и промышленности со старшим научным сотрудником кафедры общей экологии и гидробиологии биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидатом биологических наук Михаилом Колобовым.

— Одна из наиболее острых экологических проблем — распространение микропластика. С этой проблемой пытаются бороться, разработаны различные программы. Насколько остро стоит этот вопрос?

— Микропластик — это микрочастицы пластика, которые появляются в результате его разрушения. Это нормальный процесс, который проходит под воздействие различных физических и биологических факторов, таких как солнечная радиация, механическое истирание, разрушение от перепада температур, влияние микрофлоры и бактерий. Пластиковое изделие в природной среде разрушается на все более мелкие частички. И вот эти частички менее 5 мм, которые и называются микропластиком, сейчас встречаются везде.

Пластиковое загрязнение планеты началось более 70 лет назад. В 60-е годы прошлого века были обнаружены первые мусорные скопления в океане. Тогда это в основном были различные рыболовные снасти, потом к ним присоединились пластиковая упаковка и прочие отходы. А сейчас нет уже ни одного региона на планете, который не был бы загрязнен микропластиком, от Антарктиды до вершин Гималаев. Одни из самых загрязненных регионов — это Европа, Индия и Китай. Китай — это, вообще, по сути, крупнейший производитель пластика, а соответственно, и микропластика. Его доля — треть мирового производства пластика.

Практически все водоемы на планете сейчас имеют сравнимый уровень загрязнения микропластиком, на какой удаленности ни находились бы они от цивилизации.

— Актуальна ли проблема микропластика для России? Для каких регионов?

— В России он встречается также везде. Мои коллеги занимаются проблемой загрязнения микропластиком Баренцева моря, Волги и других водоемов. И вот интересный факт. Баренцево море — это, с одной стороны, кладовая больших запасов рыбы и других морепродуктов, потому что туда дотягивается Гольфстрим, принося много питательных веществ. С другой стороны, там скапливается огромное количество пластика, принесенного этим течением. Сейчас почти весь пластик тем или иным образом маркируется, поэтому почти все эти изделия можно идентифицировать. Были сфотографированы пластиковые изделия — и выброшенные на берег, и плавающие в море. Мы нанесли их согласно маркировке на карту. Оказалось, что они пришли к нам с этим течением, из мест, начиная с Карибского региона и заканчивая Норвегией и Россией. Ящики для перевозки фруктов из Испании и ящики для перевозки кондитерских изделий из Великобритании и рыбных рынков из Норвегии — все там было.

Микропластик, который находят, например, в Тихом океане, отличается от того, что находят на Байкале. Он более крупный: это могут быть фрагменты промышленной и бытовой упаковки. А на греческом острове Родос я лично фотографировал так называемые пластиковые пляжи. Пляжи на острове состоят из песка вперемешку с разноцветным пластиком, он тоже довольно крупный.

— А на Байкале какой?

— Там пластик более мелкий. Байкал достаточно узкий, и этот пластик, как в стиральной машине, перетирается между берегами, разрушается и превращается в мелкую крошку. Этим байкальский микропластик отличается от того, который встречается в других регионах планеты. И еще очень много волокон. Если в тихоокеанском «мусорном пятне» больше кусочков пластика, то на Байкале гораздо больше волокон, а это продукт обычной бытовой стирки. Люди просто стирают одежду, грязная вода после стирки смывается в Байкал. Одежда сейчас синтетическая практически вся. Синтетическая нить вставляется даже в натуральную одежду, чтобы та держала форму. Когда мы изучаем микропластик, мы всегда надеваем хлопчатобумажную одежду, чтобы микропластик с нашей одежды не попадал в исследуемый. Так вот мы суммировали длину этих волокон, и получился километр этих нитей на квадратный километр площади озера. Представьте, сколько катушек ниток надо набрать, порубить на кусочки меньше 5 мм и все это высыпать в Байкал!

Это поверхностный пластик, у него плотность ниже плотности воды, и он плавает. Но есть еще и тот, что тяжелее, ПВХ например. Такой микропластик тонет и лежит на дне.

— Насколько много в Байкале микропластика?

— Смотря как считать... В целом озеро Байкал показывает высокие уровни загрязнения, схожие с загрязнением водоемов в других регионах планеты. Этому есть причины, много населенных пунктов стоит на берегах Байкала, поэтому туда попадает много отходов. Традиционно для учета микропластика используется сетка с ячейкой диаметром в 300 микрон. И соответственно, ранее в большинстве случаев учитывался микропластик от 300 микрон и до 5 мм. Поэтому средняя концентрация частиц была десятки и сотни тысяч частиц.

Как показало последнее исследование наших коллег из Иркутска, если учитывать более мелкий микропластик, размером от 20 микрон, загрязнение на два-три порядка выше, чем считалось ранее. И это очень высокая концентрация — уже не сотни тысяч частиц на квадратный километр, а миллионы.

На Волге тоже идут исследования. Но там все очень сложно: мелкий пластик там учитывать невозможно — сетка мгновенно забивается крупным пластиком, начиная от окурков и заканчивая пакетами. И все это несется уже в Каспийское море.

— Если вернуться к Байкалу, то какую роль в деле его загрязнения микропластиком играют туристы? Что можно предпринять, чтобы снизить нагрузку на экологию от увеличивающегося туристического потока?

— Конечно, в настоящее время антропогенная нагрузка на экосистему Байкала велика. Она очень разнообразна, и загрязнение озера пластиком является одной из самых заметных ее составляющих. Бесконтрольность поступления пластика в окружающую среду — одна из главных проблем. Однако причин поступления пластика в озеро много, и туризм — лишь одна из них. Отдыхающие привозят с собой на берег ограниченное количество пластика, гораздо большее его количество может круглогодично поступать в озеро путем смыва через реки. На протяжении нескольких лет исследований мы видим, что на Байкале напротив дельты Селенги все время плавает концентрированное пятно микропластика. Откуда он смывается? В частности, из Улан-Удэ, Монголии, из других мест. Смытый пластиковый мусор выбрасывается на берег, смешиваясь с тем, что оставили там отдыхающие.

В настоящее время нет эффективного механизма утилизации пластика в регионе. Сжигать его нельзя, потому что при горении он выделяет токсичные газы. Крошить его — значит просто продуцировать микропластик.

— И как тогда быть?

— Проблему надо решать комплексно. Весь используемый людьми пластик надо разделить на «практический» и «теоретический». Первый — это тот пластик, что неизбежно попадет в окружающую среду, будучи привезенным отдыхающими или местными жителями в виде пищевой и промышленной упаковки. Второй — тот, что в нее также может попасть, но при доработке местных законов доступ к Байкалу ему будет закрыт.

Для сбора первого вида пластика необходимо создавать точки сбора отходов на берегу Байкала — в кемпингах и прибрежных населенных пунктах, где туристы и местные жители могли бы оставлять мусор для вывоза его для утилизации или захоронения, подальше от берега. Нужно создавать доступные зоны, в которых существуют отработанные механизмы забора и вывоза отходов. Это выход. В экологию нужно вкладываться.

Поступление в окружающую среду второго вида пластика можно намного уменьшить, введя ограничения на его оборот в прибайкальской территории. В первую очередь это касается «одноразового» пластика — посуды, пакетов, пищевой упаковки. Замена этому набору существует и уже давно используется в некоторых странах.

Микропластик — это маркер деятельности человека. К тому же в одиночку он в воду не попадает, он всегда попадает вместе с чем-то. Часто это будут промышленные химические соединения, а среди них есть очень опасные. И если микропластик мы видим, то эти соединения нет. Микропластик показывает нам те точки, где идет поступление вредных веществ. За это ему можно даже сказать спасибо.

— Есть ли примеры помощи бизнеса научному сообществу для защиты природы? Как бизнес вообще может помочь?

— Сейчас стало действительно популярным и важным делом для бизнеса — оказывать поддержку исследованиям в области исследований микропластика. Мы работаем в связке с группой компаний En+ Group, и они нам очень хорошо помогают. И мы, и они в сотрудничестве заинтересованы. Я знаю, что компания «РЖД» проводит комплекс мероприятий, направленных на экологические исследования по тому же Байкалу. Это те крупные компании, которые присутствуют в регионе.

Государство и бизнес могли бы создавать некие «биржи идей», чтобы заинтересованные люди черпали оттуда какие-то идеи, и создавать банки доступных технологий, чтобы им можно было реализовывать эти идеи.

— Экономическая ситуация сейчас крайне нестабильна. Нет ли рисков, что экологические проекты могут попасть под оптимизацию? Насколько сокращение финансирования может быть критично?

— Не думаю, что ситуация настолько нестабильна. И реализуемые сейчас экологические проекты будут доведены до конца. Но многие проекты, мне кажется, вообще нужно пересматривать, в том числе на предмет целесообразности и оптимизации. Многие из них заточены под устаревшие технологии.

Надо к экологическим проектам подходить не с точки зрения освоения каких-то гигантских бюджетов, а начинать с точечных задач, которые и не требует огромных затрат. Например, обеспечение населения септиками, потому что многие местные жители ставят септики без дна, и все их содержание уходит в грунт, а оттуда в Байкал. Заменить все канализационные септики в населенных пунктах, стоящих на берегу Байкала. Мы брали пробы грунтовой воды. Это чудовищно, такую воду пить нельзя. А люди пьют. Может быть, и стоит на время уйти от больших проектов. И решать точечные задачи, по которым результаты будут видны сразу. И более того, туда можно подключать и частный бизнес. И бизнес пойдет туда гораздо легче, потому что и затраты будут другого уровня.

Читайте также
Прямой эфир