Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Авто
В РСА перечислили основные тенденции в сфере ОСАГО
Общество
Песков заявил о готовности РФ завершить СВО после достижения ее целей
Мир
Трамп понимает возмущение Путина атаками ВСУ на Крымский мост
Общество
Задержанный в Петербурге тренер развращал мальчиков от 10 до 15 лет
Общество
Посольство потребовало разъяснений о возможном участии Destinus в атаках РФ
Происшествия
При атаке дрона ВСУ на Брянскую область погибла женщина и пострадал ребенок
Армия
Инструктор-сапер рассказал о самых опасных минных ловушках в зоне СВО
Мир
Пашинян оскорбил журналистку за вопрос на брифинге о ненависти к оппонентам
Общество
Умер бывший судья Конституционного суда РФ Михаил Клеандров
Мир
Работники оружейной нидерландской компании помогали Киеву запускать дроны по РФ
Здоровье
Нарколог развеял популярный миф о глинтвейне в холода
Мир
ЮНЕСКО вновь проигнорировала гибель российских военкоров
Мир
Кандидат в президенты Франции захотел изъять российские активы
Стиль
Эксперты объяснили популярность Slavic Girl на фоне усталости от Clean Girl
Происшествия
Число пострадавших при атаке БПЛА на Курск увеличилось до 13 человек
Общество
В Москве продлили арест гендиректору музыкального издательства «Джем»
Общество
Режиссер Бортко рассказал о живших в сталинскую эпоху деде и отце
Общество
В Амурской области приняли закон о запрете продажи вейпов с марта 2027 года
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

В 2021 году мир искусства изменился. И произошло это вовсе не из-за пандемии, а благодаря технологии NFT. Внедрение блокчейна и криптовалют в казавшуюся столь консервативной арт-сферу дало мощный импульс цифровому творчеству, обеспечило внушительное расширение круга коллекционеров за счет техногиков, никогда прежде не участвовавших в аукционах, и дало беспрецедентный приток денег в индустрию. По итогам года объем рынка NFT оценивается в $22 млрд против $100 млн в 2020-м. «Известия» оценили сложившуюся картину.

Миллионы за цифры

NFT (non-fungible token, то есть невзаимозаменяемый токен) — это цифровой сертификат, основанный на блокчейне и гарантирующий уникальность объекта, к которому он привязан. Объект же может быть как физическим, так и виртуальным. Если прежде доказать свое владение какой-то картинкой или видеороликом, свободно доступным в интернете, было почти невозможно (потому, например, большинство произведений видео-арта тщательно оберегают от попадания в Сеть), теперь для этого появился понятный и надежный механизм, функционирующий по тому же принципу, что и криптовалюты.

Собственно, NFT и продаются за криптовалюту — чаще всего Etherium (Ξ), поскольку сертификат базируется именно на блокчейне «эфира». Но если еще год назад подобные сделки были всё-таки чем-то нишевым, узкопрофильным, а крупнейшие аукционные дома, художники и музеи просто игнорировали нарождающийся тренд, то в 2021-м мода на NFT захлестнула всё.

Важнейшим событием стала продажа в марте NFT-работы художника Beeple EVERYDAYS: THE FIRST 5000 DAYS за $69,3 млн. Эта сделка поставила сразу несколько рекордов: самый дорогой NFT в мире, самое дорогое произведение искусства, проданное онлайн, самое дорогое произведение цифрового искусства... Даже количество людей, следивших за торгами в прямом времени, было беспрецедентным.

— В последние две-три минуты общее количество людей, которые следили за торгами либо на сайте Christie’s, либо с помощью других платформ, составляло 22 млн, — рассказал «Известиям» президент Christie’s в регионе EMERI Дерк Болл.

Полгода спустя Beeple вернулся с новой работой Human One, объединяющей высокотехнологичную инсталляцию и серию видео с NFT. Она была продана за $29 млн: пусть и дешевле EVERYDAYS, но всё равно баснословно дорого для автора, чьи произведения не представлены ни в одном великом музее.

Криптопанки и скучающие обезьяны

Если рекордные продажи цифрового искусства, тем более через знаменитый аукционный дом, еще могут быть понятны с точки зрения традиционной логики коллекционеров, феномен так называемых collectibles, то есть цифровых артефактов нехудожественного плана, объяснить сложнее. Забавные, но примитивные NFT-картинки, выпускаемые большими тематическими сериями и продающиеся как по отдельности, так и наборами — «панками», вполне могут сегодня конкурировать по цене с шедеврами живописи.

Первая половина года прошла под знаком криптопанков: крошечных пиксельных изображений человечков с различными прическами и аксессуарами. Собственно, с них и началась NFT-мания — они были выпущены еще в 2017 году и поначалу раздавались бесплатно, но поскольку NFT не предполагает возможности дублирования объекта, криптопанки оказались ресурсом конечным. И на них выросла целая пирамида спекуляций. На сегодняшний день рекорд удерживает CryptoPunk 7523 (инопланетянин в медицинской маске) — неизвестный инвестор купил его на аукционе Sotheby’s за $11,754 млн. На площадке самого разработчика криптопанков — Larva Labs — топовые продажи произошли в марте: изображения #3100 и #7804 ушли за Ξ4200 каждый, что на тот момент было эквивалентно $7,58 млн, но сегодня такое количество «эфиров» можно обменять уже на $15,86 млн.

Во второй половине 2021-го в центре внимания оказались скучающие обезьяны. В отличие от панков-«старичков» серия из 10 000 изображений харизматичных приматов была выпущена совсем недавно, 30 апреля этого года, и распродана за день — при цене в «эфирах», эквивалентной $200. Но уже в сентябре за набор из 101 обезьяны неизвестный заплатил $24,4 млн, а месяцем позже Ape #8817 отправилась к новому владельцу за $3,4 млн.

Что можно делать с такими картинками? Например, поставить себе на циферблат «умных» часов и щеголять ими на тематических тусовках: коллеги-криптоинвесторы будут впечатлены. Хотя вряд ли кто-то станет покупать такие аватарки с прицелом на долгосрочное хранение. Полагаем, обладатель с радостью избавится от иллюзорного актива, как только получит выгодное предложение. Следовательно, на сегодняшний день это инструмент спекуляции в первую очередь и демонстрации своего статуса — во вторую.

Но не исключено, что NFT-картинки становятся новой валютой, чем-то вроде золота, то есть ресурса, ценность которого в том, что количество его ограничено, а подделка невозможна. И здесь наличие блокчейн-сертификата определяющее.

Твиты, коды, арт-проекты

Иное дело — цифровые артефакты, имеющие отношение к истории развития технологий. Здесь уже прицел не на спекулянтов и понтовщиков, а на гиков и фанатов IT. В марте первый твит Джека Дорси продали за $2,9 млн, в конце июня исходный код, который лег в основу Сети (WWW), ушел за $5,4 млн, а первая правка Википедии принесла Джимми Уэлсу $750 тыс. Список можно продолжать.

Правда, российские компании и разработчики пока не вступили в гонку по продаже collectibles — по крайней мере если иметь в виду крупных игроков. Вероятно, нам только предстоит увидеть на аукционе строки кода «Яндекса», первые варианты дизайна VK и какие-нибудь наборы NFT-аватарок с Масяней. Но пока из отечественных деятелей активность в этой сфере проявляют прежде всего художники. Среди них как мэтры, типа AES+F, так и молодые, хотя уже достаточно известные стрит-артисты Покрас Лампас и Миша Most.

Выставка AES + F «Предсказания и откровения», Санкт-Петербург

Выставка AES+F «Предсказания и откровения», Санкт-Петербург

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Коньков

— Мы отреагировали на такую возможность продвижения и планируем не только выпускать клипы из существующих видеоработ, но и создавать специальные проекты на платформе NFT — куда более сложные, чем то, что уже существует. Здесь много перспектив для дальнейшего развития. Сейчас же у нас пока только разминка, — поделился с «Известиями» Евгений Святский (AES+F).

Речь идет о составной части проекта «Турандот-2070» на базе NFT, пояснил его коллега по арт-группе Лев Евзович.

— Мы создадим специальные медиаалтари, демонстрация которых будет синхронизирована с лунным календарем, то есть в течение 28 дней общая картина будет наполняться фрагментами, и только раз в месяц удастся увидеть изображение целиком. Также предполагается, что это будет привязано к разным местам земного шара. Человек, который смотрит инсталляцию, скажем, где-то в Австралии, увидит иное, нежели зритель в России. Все эти алгоритмы будут заложены в NFT, — подчеркнул художник в беседе с «Известиями».

Крупнейшие западные художники тоже включились в продюсирование NFT-проектов. Так, Дэмиен Херст создал 10 тыс. физических рисунков (серия Currency) и предложил коллекционерам выбор: купить подлинник или получить его цифровую копию с NFT. В первом случае токен будет деактивирован, во втором — уничтожен бумажный оригинал. Херст предлагает задуматься, что дороже в современном мире — физический или виртуальный объект, и принять непростое решение. Технология в данном случае стала не просто коммерческим инструментом, но основой концепции масштабной арт-акции.

Продать нельзя купить

Перспективы NFT оценили и музеи, включая российские. Представители многих арт-институций признавались «Известиям», что хотели бы иметь в собрании NFT-работы ведущих художников. Но препятствием здесь оказалось несовершенство законодательства: правовой статус токенов, равно как и криптовалют, у нас не определен.

— Мне неизвестны музеи, которые уже покупают на аукционах NFT. Тем более это относится к российским музеям. Вопрос хранения NFT открыт. Для его решения требуется изменение законодательной базы — не только российской, но и мировой — легализация обращения разных типов криптовалют, — объясняла «Известиям» директор-основатель Мультимедиа Арт Музея Москвы (МАММ) Ольга Свиблова. Отчасти, для того чтобы создать площадку для обсуждения этой темы, Свиблова инициировала проведение первой международной биеннале «Искусство будущего». Экспозиция, включающая и NFT-работы, сейчас демонстрируется в МАММ.

Ну а главной музейной сенсацией года стал выпуск Эрмитажем собственной коллекции NFT — в нее вошли цифровые копии великих шедевров, в диапазоне от Леонардо да Винчи до Василия Кандинского. Чтобы избежать возможных юридических претензий со стороны государства, Эрмитаж проводил сделку через западных посредников — крупную криптобиржу. Суммарный доход музея составил, по словам директора Михаила Пиотровского, 24 млн рублей, из них 5 млн отправилось в казну Санкт-Петербурга в качестве налогов.

Конечно, вся эта спецоперация не столько про искусство, сколько про деньги. Строго говоря, NFT-репродукции в данном случае оказываются чем-то вроде сувенирных объектов. Но сам факт, что великий классический музей, не испытывающий дефицита в финансировании, пошел на такой шаг, означает, что NFT— уже не маргинальное явление, а глобальный тренд.

Впрочем, и среди музеев пока нет единства в отношении NFT. Например, директор ГМИИ имени Пушкина Марина Лошак сообщила, что Пушкинский пока не собирается приобретать NFT-арт.

— Не хочется делать поспешный шаг, не имея возможности толком спрогнозировать следующий. Нам же не нужен хайп на NFT — нужны взвешенные решения, — подчеркнула Марина Лошак. — Мы с вами говорим про музей. А музей должен в таких ситуациях немного замедлиться и посмотреть, как всё развивается, на какой уровень выходит.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Кристина Кормилицына

По словам директора, в перспективе музей, возможно, может выпустить токены цифровых версий некоторых работ из собрания ГМИИ, подобно тому, как это сделал Эрмитаж, но владение произведениями современных художников с NFT сейчас даже не рассматривается.

Что ж, возможность посмотреть, как всё развивается, у всех нас наверняка еще будет. Ведь одно понятно без сомнений: NFT — это надолго.

Читайте также
Прямой эфир